Повисла пауза. Эурон всерьез задумался, а вот Квиберн улыбнулся.

— Я никаких предложений не получал. Вообще никаких, ни от живых, ни от мертвых, ни от сверхсуществ, ни от демонов, ни от богов. — ответил некромант.

— Верю. — кивнул Рон. — Эурон?

— А что я должен сказать? Не получал я никаких предложений, ни от демонов, ни от богов, и ни от каких сверх-хрен-знает-кого. — огрызнулся тот.

— Тоже верю. — с удовлетворением кивнул Рон. — Вот и хорошо. Скоро получите. А если нет, то даже не знаю… Тогда выйдет, что я или переоценил Льва Ночи, или недооценил. Впрочем, мы ничего не потеряем, если уничтожим рогатого хрена моржового, скорее выиграем…

— Когда выдвигаемся? — деловито спросил Эурон.

— Не скоро. — Рон отпил вина из стакана. — Временных рамок нет, а мне нужно ещё слупить хоть что-то со Льва Ночи, в качестве предоплаты. Ну и ещё, меня заинтересовали твои сведения, Квиберн. Не про оживление людей, а про природу местной магической энергии. Средства я предоставлю, но мне нужно узнать, где источник этой непонятной сорняковой заразы!

— Мне нужен будет десяток ассистентов, лаборатория и неограниченное количество подопытных образцов дендроидов. — перечислил требования Квиберн.

— Имей в виду, они смертельно опасны на всех этапах исследования. — предупредил Рон. — Мы уже потеряли двадцать семь исследователей, так что не стань двадцать восьмым.

— Я изучу вопрос. — пообещал Квиберн.

— Тогда я не держу тебя, а вот тебя, Эурон… — Рон недобро уставился на железнорожденного. — Будешь безвылазно сидеть на подготовительной базе моего спецподразделения на северном острове, мамонтов пасти и дополнительно тренироваться. Там есть небольшой городок, но ты особо не светись и не пытайся сбежать. Когда мы разберемся с рогатым хером, официально прощу тебя, будешь свободен как птица в небе, я тебе даже небольшую горку золота отсыплю, ни в чём не будешь нуждаться.

— Не нужно мне золота. — равнодушно ответил Эурон. — Мне нужны будут Аша и Виктарион.

— Ты самый странный из всех пиратов, о которых я слышал. — покачал головой Рон.

*Юнкай. Пирамида правителя. 307 год. 2 месяц. 17 день*

— Мудрый Господин, прибыли послы из осадного лагеря лхазарян! — на бегу упав на колени проскользив так почти до ступеней к трону, доложил прислужник.

— Запускай. — велел Брабдо ко Хазас.

В Великий Зал вошла процессия представителей Дейнерис Таргариен. Видно было, что они ничего не боялись, так как это неслыханно — входить в город, который осаждаешь.

— Чего вы хотите, смертники? — устало спросил Барбдо. — Я не сдамся, можете хоть весь город сжечь. Можете закидать город трупами, я буду стоять на своём, таково моё слово!

— Младшие Сыны вам не помогут. — произнес эмиссар от Дейнерис, имя которого Барбдо было не особо интересно.

— Мне плевать. — ответил на это Мудрый Господин. — Жгите, ломайте, уничтожайте — я не сдамся.

— Ваши слова будут переданы королеве. — ответил эмиссар, развернулся и неспешно отправился прочь.

— Проклятые зазнавшиеся рабы… — пробормотал Барбдо, усталым жестом подзывая раба с подносом.

У него есть надежда на благоприятный исход. Нужно было тянуть время и он его тянул. Тянул долго, настолько, насколько смог. Послов Драконьей королевы отсылали прочь, за что город подвергался обстрелам, но сегодня не принять их было нельзя. Сегодня в осадный лагерь прибыла королева на драконе.

— Почему они не выполняют договор?! — Барбдо с яростью метнул стеклянный стакан британского производства в стоящего рядом раба. — Квартские шлюхи…

*Британское Королевство. Город Кейлин. Промышленный район. Цех по производству часов*

— Боуэн, я читал два дня назад ежемесячный отчет по браку… — подошел к работающему за станком Боуэну начальник цеха. — … и цифры мне не нравятся. Мы посоветовались с руководством и с завтрашнего дня ты безработный. Профсоюз уже одобрил наше решение.

— Я ждал этого. — кивнул Боуэн. — Всё равно мне не нравится делать часы.

— Мне плевать. — равнодушно ответил начальник цеха, тощий и болезненный мужчина с острыми чертами лица и перманентно безразличным лицом. — Заберешь личные вещи и сдашь шкафчик завхозу. Этот день можешь потратить на бумажную волокиту, не требую от тебя выполнения нормы.

— Ещё бы. — махнул рукой Боуэн и заглушил станок.

Весь день действительно пришлось потратить на бегунок: снялся с пищевого довольствия в цеховой столовой, освободил шкафчик, сдал спецодежду, закрепленный инструментарий, получил отметку о снятии с зарплаты, получил месячный оклад, бумагу о том, что никто никому ничего не должен и направление на биржу труда.

Направление он выкинул в урну сразу же, как прошел через проходную. Его больше не интересовало производство чего-либо. Это выматывающая рутина, в процессе которой оставляешь в прошлом здоровье, надежды и просто пропускаешь жизнь мимо.