Шрифт:
Марк побелел и сжал руку Лу с такой силой, что у неё выступили слёзы на глазах.
– Заткнись, немедленно! Болтаешь гадости, хотя ни черта не знаешь обо мне! Надо было оставить тебя дома. Никогда так больше не говори, иначе дальше операцию мне придётся проводить одному. А это плохо для дела, мы слишком далеко продвинулись вместе с тобой, чтобы сейчас лишаться партнёра. Практически подобрались к нему. Впрочем, - он зло посмотрел на неё, сжавшуюся в комок от страха, - я всегда смогу поставить тебя на место...
Марк отпустил руку Лу, она потёрла наливавшийся на запястье синяк, и отодвинулась от брата дальше к окну.
– Права была Маша, ты не человек, «змей». Единственное, что ты умеешь делать хорошо - это притворяться. Из тебя бы вышел первоклассный актёр...
горько усмехнулся и тоже отвернулся от сестры, чтобы она не видела, как блестят слёзы в его глазах. Всю оставшуюся дорогу до вокзала они ехали молча. Каждый думал о своём.
Часть 2. Глава 1
– Маша! О чём так глубоко задумалась, дочка?
– папа подошёл ко мне вплотную и погладил по волосам.
– Не рано ли тебе ещё без шапки ходить?
– Я торопилась, забыла надеть, пап. Пойду домой, позавтракаю, а вы ещё погуляете с Ромкой?
Папа кивнул. Я махнула Ромке и пошла домой, слыша, как за спиной брат заныл, чтобы не уходила. Но не могла я сейчас остаться. Не в силах была смотреть на папу и видеть в нём другого человека. Мне срочно надо было успокоиться и выбросить эти глупости из головы. Да и поесть не помешало бы.
Дома я ковырялась в тарелке, так что мама забеспокоилась.
– Я, наверное, пересолила кашу, да? Невкусно?
– Нет, мам, всё отлично, просто не выспалась.
– Я быстро проглотила, давясь, остатки, запила чаем и пошла, крикнув маме: «Где моё пальто? Мне на курсы ехать надо, а то опоздаю!»
И осеклась. Пальто висело на вешалке, сапоги стояли рядом. Обернулась и посмотрела на маму. Она была смущена и прятала глаза. Я не стала задавать ненужные вопросы, ответы на которые и так были очевидны. Даже не сердилась на неё.
На курсах девчонки демонстративно отсели от меня подальше. Мне, честно, было всё равно. Я старалась сосредоточиться на занятиях, но вместо этого постоянно отвлекалась. А когда обнаружила, что вместо лекции страница исписана одной фразой - «он уехал», перевернула лист, встряхнулась и, наконец-то, начала работать.
Обычно по субботам после курсов мы с подружками ходили в кино, но сегодня меня с собой не позвали. Подумаешь! Прекрасно обойдусь и без них. Остаток дня я провела, помогая маме с уборкой, а вечером села за книгу. Пришёл Ромка, он ходил вокруг меня кругами, трогал вещи и заглядывал в лицо, видимо, ожидая, когда же я его наконец-то одёрну. Было видно, что ему просто не терпится со мной поговорить.
– Ну, в чём дело, выкладывай уж!
– оторвалась я от чтения.
– Маш, а Маш! Лу, правда, не хотела уезжать, ты ей очень нравишься!
Я кивнула. Ясно-понятно, мы ж подруги.
– А Марк, он, ну...
– Ну, говори же, не мямли!
– Он всё время думал о нашем папе. Он его страшно боится, вот!
Я закрыла книгу и положила на колени.
– Серьёзно? И как ты об этом узнал, а? Мысли вдруг научился читать? Даже если так, то нельзя читать чужие мысли без разрешения. Ты это понимаешь?
Ромка кивнул и залез ко мне на кровать, продолжая говорить, забавно жестикулируя.
– Я и не собирался этого делать. Оно само получилось. Когда Лу меня обняла, понял, как она расстроена. А когда пожимал Марку руку, почувствовал, как он боится папу. Очень-очень. А о тебе он и не думал.
– Да что ты за чушь несёшь! Естественно, Марк боялся, что папа подойдёт и помешает нам проститься. Только и всего. Я тоже этого боялась.
– Нет, это другое. Это был очень сильный страх. Такой же, как у меня, помнишь, когда на меня бродячая собака напала...
– Глупый ребёнок, ну ты и сравнил! Ты уже забыл, как сам сказал, что Марк тебе нравится?
– Ничего я не забыл! Он мне руку на плечо положил и так сдавил... Если б я так не сказал, он мне бы руку оторвал!
– Ну, нет! За что мне такой брат врун, а? За что?
– взвыла я и осеклась, увидев, как Ромка расстёгивает рубашку и показывает мне огромный синяк на плече. Я потрогала синяк пальцем, не нарисованный ли? Ромка охнул. Болит, значит, настоящий, что же всё это значит? Почему Марк причинил боль ребёнку? Неужели, не может справляться со своей силой, как Лу?