Шрифт:
На Кирилла подействовало — он задохнулся.
— Адский котенок, — пробормотал он.
Пожалуй, я не против так встречать мужчину с работы. Можно, наверно, сначала покормить, вместо выяснения отношений из-за старательно зарабатывающих себе на маслице с икоркой папарацци.
— Ты приедешь завтра? — первое, что спросил у меня Кирилл, как только мы смогли нормально дышать.
— Да, — я прижалась лицом к его груди. И спросила: — Почему ты не рассердился?
— Ты же не можешь запереться в доме и вообще ни с кем не разговаривать, — пожал он плечами.
Все-таки они у Кирилла совершенны. А царапина, оставленная моими коготками, делает их произведением искусства.
— К тому же, это не компромат, — продолжал он. — Это детский сад какой-то.
— А мама переживала.
— Я слышал, — рассмеялся он.
— Ты подслушивал?
— Конечно, — без зазрения совести подтвердил Бонд (ну, конечно, у шпионов, спасающих мир свое представление о том, что такое хорошо и что такое плохо — нам, простым смертным, не понять) — Очень смешно было, когда тебя собрались эвакуировать!
— Кирилл…
Все хорошо, но надсмехаться над мамой и папой…
— У тебя замечательные родители, — серьезно проговорил любимый.
— Хорошо.
Я почти расслабилась. Прижалась к нему. Но все-таки спросила:
— А тогда что было там, в Тае? Почему тогда ты к Славе ревновал?
Он не ответил, но наверняка вспомнил то же самое, что и я. Вечер на острове. Улыбнулся. Тихо, мечтательно. Немного грустно.
— Я улетал, — проговорил Кирилл, когда я уже перестала ждать ответа. — Он оставался. И мне на миг показалось, что ты заинтересовалась этим человеком.
— Глупости.
— Так, — он вдруг вскочил, подхватил меня на руки. — пойдем ужинать!
— Ой… Кир…
— Что?
— Я… я не успела ничего приготовить…
— Чтоб ты без меня делала, женщина?! Сейчас нам все принесут, не переживай, — и поцеловал.
Я кивнула, думая о том, как же мне все-таки повезло, но тут снова зазвонил телефон. Откуда-то из-под дивана. И как он там оказался? Не помню… А, ладно, там ему самое место.
— Держи.
Кирилл нырнул, феерично сверкнув прекрасным тылом, достал сбежавший от нас гаджет и подал мне.
— Да, — ответила я, удивленно посматривая на моего мужчину. Вот с чего он…
— Ида Викторовна, — раздался осторожный мужской голос. — Вас беспокоит генеральный директор представительства BMW в России.
— И что вам угодно?
Какой же у Кирилла незаинтересованный вид, просто прелесть.
— Мы бы хотели принести извинения за ситуацию, сложившуюся с вашим автомобилем. И в качестве компенсации за причиненные неудобства приглашаем вас прийти и выбрать любой автомобиль в нашем салоне. Мы с удовольствием обменяем его на ваш.
О как. Просто аттракцион невиданной щедрости.
Пока слушала извинения и уверения — глаз не сводила с Кирилла. Как дырку не прожгла — не знаю. И когда распрощалась с щедрым и любезным генеральным директором — все равно взгляд не отвела.
— Что? — возмутился Кирилл. — Ну, вот зачем так смотреть, а? Ида? Я себя неловко чувствую. Как будто у меня не сказать что расстегнулось в приличном обществе.
— Ты вообще без штанов, — констатировала я очевидное.
— Это да… Не злись.
— Я в состоянии была решить этот вопрос сама.
Он улыбнулся:
— Конечно, в состоянии. И чем дальше мы общаемся, тем больше я убеждаюсь, что ты можешь все. И еще немного больше.
— Льстец.
— Неправда. Я не льщу тебе. Я говорю искренне.
— Тогда зачем?
— Не зачем, а почему, — он подошел ближе.
— Почему? — прошептала в манящие губы.
— Потому что… Потому что это так приятно — заботиться о женщине, которая, конечно, все может сделать сама. Которая потом будет злиться. Хмуриться. Царапаться и кусаться…
Глава двадцать первая
— Ида Викторовнаааа!!!
Глаза Ирочки были полны неземного восторга, ибо администратор перенесла меня из разряда «нормальная начальница, достает в меру, платит неплохо» в «небожитель — активно поклоняемся».
Я это прекрасно понимала, поэтому хмурилась.
Однако ни недовольство в моем голосе, ни тот факт, что на тему «скандальных разоблачений звезды современной журналистики» я говорить не хотела, ни на кого, особо, не действовали. А жаль… Я старалась, между прочим.