Кейт неожиданно смутилась.

— Простите за столь глупый вопрос, мне, знаете ли, никогда еще не доводилось проводить вечер в обществе бога, но все-таки — какие именно камни вы считали в Уэльсе?

— Все, — пророкотал Тор. — Все — от вот таких… — Он показал размер где-то в четверть дюйма. — …до вот таких. — Он широко раскинул руки.

Кейт уставилась на него, перестав вообще что-либо понимать.

— А… а сколько их?

Тор оглянулся в гневе.

— Вот сами и сосчитайте, если вам так интересно! — заорал он. — Я потратил годы и годы… И только я один знаю — сколько их. И никто больше никогда не узнает! Так вы что — хотите, чтобы я вот так просто взял и сказал первому встречному? Как бы не так. И не надейтесь.

Он опять отвернулся к окну.

— Вообще-то я не совсем уверен… Иногда мне кажется, что я сбился со счета где-то посреди Глэморгана. Нет, я не буду! — прокричал он. — Я не буду опять их считать!

— Ну ладно, ладно… Затем вообще вы занимались столь странным делом?

— Это бремя взвалил на меня отец. Наказание. Епитимья. — Тор нахмурился.

— Ваш отец? То есть Один?

— Отец Всех Богов Асгарда.

— Так он жив?

Тор посмотрел на нее как на дурочку.

— Мы бессмертны, — просто сказал он.

Внизу Нейл как раз завершил громоподобное выступление на контрабасе, и стало пугающе тихо.

— Бессмертны — ведь именно этого вы и хотели. Вы сами сделали нас бессмертными. Это жестоко. Вы хотели, чтобы мы были вечно, и стало так. Потом вы нас забыли. Но мы все еще вечные боги. И только теперь — наконец — многие мертвы, многие умирают. — И еще он добавил совсем тихо: — Только это не так-то просто — умереть.

— Я ничего не могу понять. Так вы говорите, что я, то есть все мы…

— Нет, вы должны понять, — гневно сказал Тор. — Именно поэтому я к вам и пришел. А вам известно, что большинство меня вообще не видят? Просто не замечают. И вовсе не потому, что мы прячемся. Мы здесь. Мы среди вас — моего народа. Мы ваши боги. Вы дали нам жизнь. Вы сделали нас тем, чем не рискнули стать сами. И вы нас не признали. Когда я иду по улице в этом… мире, в мире, созданном вами без нас, никто даже не глянет в мою сторону.

— Даже в этом шлеме?

— Да, особенно в этом шлеме!

— Правда?

— Да вы что, смеетесь надо мной! — взревел Тор.

— Все это слишком сложно для бедной девушки…

Внезапно комната содрогнулась и затаила дыхание. Кейт тряхнуло, как при землетрясении, и все стихло. И этой жуткой тишине синяя китайская настольная лампа опрокинулась, свалилась на пол, закатилась в темный угол, преспокойно там уселась, распушила шерсть и жалобно мяукнула.

Кейт уставилась в угол, тщетно пытаясь сохранять спокойствие, чувствуя, как по спине стекают противные струйки холодного пота.

— Что это? — еле вымолвила она дрожащим голосом.

Казалось, Тор слегка растерялся.

— Не стоит меня злить, — пробормотал он. — Вам еще здорово повезло.

— Что все это значит?

— Я хочу взять вас с собой.

— Нет, что это? — Она указала на маленького котенка, испуганно забившегося под стол, котенка, который только что был синей китайской настольной лампой.

— Я уже ничего не могу изменить.

Кейт вдруг почувствовала себя такой усталой, растерянной и напуганной, что чуть не расплакалась. Она прикусила губу, из последних сил сдерживая подступающие слезы, и постаралась изобразить праведный гнев.

— Вот как? — сурово сказала она. — Я уж было подумала, что вы и вправду бог. Надеюсь, у вас не было намерения вторгаться в мой дом, выдавая себя за другого. Я… — Она вдруг замолчала на полуслове и продолжила свою речь уже совсем в другом тоне. — Так значит, — сказала она еле слышно, — вы были здесь, в этом мире, все это время?

— Да. Здесь и в Асгарде, — спокойно ответил Тор.

— Асгард. Это дом богов?

Тор молчал. Молчал мрачно и обеспокоенно.

— А где Асгард?

Тор молчал. Он вообще немногословен. Когда он наконец заговорил, было совершенно непонятно — то ли он все это время думал, то ли просто так стоял.

— Асгард тоже здесь. Все миры здесь.

Он вытащил из-под шкур огромный молот и углубился в его изучение со странным любопытством. Кейт показалось, что она где-то уже это видела, и ей инстинктивно захотелось пригнуться. Она отступила на несколько шагов и настороженно наблюдала за Тором.

Когда Тор поднял голову, в глазах его были сосредоточенность и мощь, как будто он приготовился к схватке.

— Этой ночью я должен быть в Асгарде. Там, в Вальгалле, в Великом Зале, отец мой Один за все ответит.

— То есть за то, что заставил вас считать булыжники в Уэльсе?

— Нет! За то, что Уэльса камни теперь считать не стоит.

Кейт безнадежно покачала головой.

— Даже не знаю, что и сказать. Наверное, я просто слишком устала. Приходите завтра. Утром. Тогда все и расскажете.

— Нет. Вот увидите все собственными глазами и поймете. Вы должны увидеть все сегодня ночью.

Тор схватил ее за руку.

— Я не хочу в Асгард. Я не имею привычки посещать мифические места с незнакомцами. Сами идите туда. Зайдете утром и расскажете, как там и что. Да, и дайте ему хорошую взбучку за булыжники.