Дирк уселся напротив и заговорщически наклонился к ней.

— Если не ошибаюсь, вы хотите спросить насчет вашего кофе?

— Естественно, — ответила девушка.

— Он очень вреден для вас.

— Да что вы?

— Вполне серьезно. В нем содержатся кофеин и холестерин.

— Понятно. Так, значит, вы думали о моем здоровье.

— Я думал и о бдогоб другом, — сказал Дирк, стараясь, чтобы это прозвучало легко и беззаботно.

— Вы увидели меня за соседним столиком и подумали: какая милая девушка сидит и разрушает свое здоровье. Дай-ка я ее спасу от нее самой.

— Ну, что-то в этом духе.

— Вы знаете, что у вас сломан нос?

— Да, конечно, здаю, — с раздражением ответил Дирк. — Все без конца…

— Давно вы его сломали?

— Мне его слобали примерно двадцать бидут дазад.

— Я так и подумала, — сказала девушка. — Закройте на секунду глаза.

Дирк с подозрением взглянул на нее.

— Зачем?

— Все будет нормально, — сказала она с улыбкой. — Я не сделаю вам больно. Ну же, закрывайте.

Скорчив, недоуменную гримасу, Дирк на секунду закрыл глаза.

В эту секунду девушка, перегнувшись через стол, ловким точным движением схватила его за нос и резко повернула его. Дирк чуть с ума не сошел от боли и так истошно завопил, что ему почти удалось привлечь к себе внимание официанта.

— Ведьма! — вопил он, чуть не упав со стула от дикой боли и зажав лицо руками. — Будь ты проклята, ведьма!

— Успокойся и сядь нормально, — сказала она. — Допустим, я сказала тебе неправду насчет того, что не будет больно, но зато теперь он, по крайней мере, стал прямым, что избавит тебя от неизбежных хлопот по его выпрямлению в дальнейшем. Тебе немедленно надо обратиться в какой-нибудь травмпункт, чтобы наложить шину и побольше ваты. Я работаю медсестрой, так что кое-что понимаю в этом деле. Во всяком случае, так мне кажется. Ну-ка посмотрим, что там у тебя.

Пыхтя и лопоча что-то невнятное, Дирк снова занял сидячее положение на стуле и обхватил ладонями свой нос. Лишь спустя некоторое время, хоть как-то придя в себя, он стал осторожно ощупывать нос, а после этого дал посмотреть его девушке.

Она сказала:

— Кстати, меня зовут Салли Миллз. Обычно я стараюсь представиться до того, как наступает интимная близость, но иногда, — она вздохнула, — на это не хватает времени.

Дирк постучал легонько пальцами по носу со всех сторон еще раз.

— Мде кажедся, он стал прябее, — сказал он наконец.

— Прямее, — поправила Салли. — Говори слово «прямее» так, как нужно. От этого ты почувствуешь себя намного лучше.

— Прямее, — повторил Дирк. — Я понял, что ты хочеж зказадь.

— Что?

— Я понял, что ты хочешь сказать.

— Прекрасно, — сказала она, вздохнув с облегчением. — Я рада, что у меня получилось. Мой гороскоп утверждал, что, что бы я ни делала сегодня, будет не так.

— Не хочешь ли ты сказать, что веришь всей этой ерунде? — сказал Дирк настороженно.

— Я — нет, в особенности — гороскопам «Великого Заганзы». А что, ты тоже их читал?

— Нет. То есть, вернее, да, но совсем по другой причине.

— А я — по просьбе пациента, который попросил почитать ему его гороскоп сегодня утром — почти перед самой смертью. Ну а что было в твоем?

— М-м, мой был очень запутанным.

— Понятно, — скептически сказала Салли.

А что это у тебя такое?

— Это калькулятор, — ответил Дирк. — Впрочем, не буду тебя больше задерживать. Я в долгу перед вами, моя прекрасная леди, за вашу чрезвычайно нежную помощь и за то, что одолжили мне свой кофе, но — увы! — время неумолимо идет вперед и вас, без сомнения, ожидают тяжелые трудовые будни в больнице, где потребуется ваша помощь больным с тяжкими телесными повреждениями.

— Ничего подобного. На сегодня моя работа закончена — я ушла с дежурства в десять утра, и мне нужно как-то продержаться весь день не заснув, чтобы потом нормально спать ночью. Так что остается только убивать время, сидя в кафе и общаясь с незнакомыми людьми. Вам, напротив, необходимо как можно быстрее обратиться в травмпункт. Но прежде вы должны оплатить мой счет.

Она нагнулась к столику, за которым сидела перед этим, и взяла оттуда общий счет, лежавший рядом с ее тарелкой, за все, что она заказывала в кафе. Она неодобрительно покачали головой, посмотрев счет.

— Мне очень жаль, но здесь пять чашек кофе. Дежурство было очень тяжелым. Всю ночь не было покоя — без конца требовали то одно, то другое. На рассвете одного пациента, находящегося в коме, понадобилось переводить в какую-то частную клинику. Одному Богу известно, почему обязательно надо это делать именно в такое время суток. Только бы создавать лишние трудности. На твоем месте я бы не стала платить за второй рожок. Они так и не принесли его.

Она вручила счет Дирку, который принял его без всякого удовольствия.