— Это знак мастера по дереву Ома, он вырезал входные двери в ваше крыло. Надпись, которую вы видите вокруг, — на древнем торнианском и это имя лорда Радека Гуттузо.

— Вы сказали, что символ меняется?

— Да, миледи, каждый правитель выбирает свой собственный знак, символизирующий эпоху его правления.

— Так каков же был знак Короля Варика?

— Меч, миледи, сверкающий меч, — Эбби слегка улыбнулась, во всяком случае, это имело смысл, и ей подумалось, что этим Боги пытаются им что-то дать понять.

* * *

— Она очень умна для такой малышки, — произнес Райден, глядя на свою Богиню.

— Она… особенно после всего, что ей пришлось преодолеть… но в конце концов… сможет ли она преодолеть свое прошлое? Сможет ли принять его Янир?

— Это им решать, любовь моя.

— Знаю, но от них многое зависит.

— Тогда мы поможем им, когда в этом будет необходимость, но мы оба знаем, что это должно быть решено. Она никогда не станет леди, которая необходима Яниру, если она не доверится ему, а Янир никогда не станет лордом, которым он мог бы быть, если она не будет рядом с ним. Они станут началом новой эры на Этрурии, но только в том случае, если будут вместе.

* * *

— Я — мастер лорда по столярному делу! Я требую впустить меня! — приглушенные голоса заставили всех повернуться к дверям.

— Могу предположить, что это…

— Мастер Марэ, — усмехнулся Кэрбр.

— Понятно, — Эбби направилась к двери.

— Нет, моя леди! — Паган бросился к ней как раз вовремя. — Вы никогда не должны открывать эти двери самостоятельно. Вернитесь пожалуйста, а я узнаю в чем проблема.

Эбби закатила глаза, но сделала, как он просил.

Паган приоткрыл двери и обнаружил, что воины Навон и Морио стояли, скрестив руки на груди, уставившись на разъяренного Мастера Маре.

— Что за шум? — спросил Паган.

— Этот мужчина желает попасть в крыло лорда, — ответил Навон.

— Я… — начал было Марэ.

— Я знаю, кто ты, Марэ. Зачем ты здесь?

— Ты окажешь мне немного уважения…

Навон обнажил меч.

— Это ты проявишь уважение к мастеру Пагану, или я отправлю тебя к Богине.

— Мастер Паган?

— Да. Мастер Паган, — шагнула вперед Эбби, чтобы ее стало видно, но так, чтобы все еще быть за спиной Пагана. — Кто вы? Почему вы требуете впустить вас в мои покои?

Услышав голос Марэ, к Эбби на ум пришла одна мысль, и она потянула Кэрбра за руку вниз, пока тот не нагнулся к ней, опустив голову. Тогда она прошептала о том, что хочет, чтобы он сделал, на его лице застыло удивление вперемешку с уважением. Кивнув, он выпрямился.

— Я… твои покои? — усомнился Марэ. — Это крыло лорда.

— Это покои для лорда и леди этого Дома, и, поскольку я — леди моего лорда, оно принадлежит мне, — Эбби разговаривала с ним, как с ребенком. — Я спрошу еще раз. Кто вы и что вы здесь делаете?

— Я мастер-столяр Марэ… госпожа, — никто не пропустил его заминки перед тем, как он произнес ее титул. — Я пришел убедиться, что слухи, которые я слышал, не соответствуют действительности.

— И что за слухи ходят, мастер Марэ?

— Госпожа, — прервал ее Кэрбр, — я должен попрощаться с вами и посмотреть то, о чем вы меня попросили.

— Да, конечно, мастер Кэрбр, пожалуйста. О, и сообщите потом мастеру Пагану об этом, если посчитаете нужным

— Конечно, моя леди, — Кэрбр быстро поклонился, пряча ухмылку, и направился к Пагану.

Навон и Морио нахмурились. Менава и Ошош не сообщили им, что тот находился в покоях.

— И что же это за слухи, мастер Маре? — спросила Эбби, отступив на шаг, дав Марэ пройти в покои и отвлекая его внимание от Кэрбра и Пагана. Она увидела, как бровь Пагана взлетела вверх, прежде чем он кивнул и, достав свой коммуникатор, что-то тихо произнес в него:

— Ходят слухи, что из этого крыла убрали всю мебель, — он усмехнулся Кэрбру, проходя мимо того, затем вошел в комнату и застыл, не сделав и пары шагов, издав горлом булькающий звук.

— Как видите, мастер Марэ, — Эбби обвела рукой комнату. — Не вся мебель была убрана.

— Что, во имя Богини, ты наделала?!! — потребовал он, пытаясь направиться в другие комнаты.

— Я выбрала то, что считаю наиболее достойным, — просто ответила ему Эбби, затем оглянулась и увидела, что Паган встал позади нее, когда Навон и Морио вышли, закрыв за собой двери.

— Достойным? Достойным? — с каждым словом голос Марэ становился все выше. — Это вещи предков этого идиота Кэрбра!