– Мой ярл! С тобой желает говорить человек Черного Копья!

Вот как?…

– И где же он? – спросил я.

– Я приказал ему остаться там. – Хроки махнул рукой в сторону леса. – Не стоит ему видеть…

Как нас на самом деле мало. Верно. Но разу уж Черное Копье прислал одного из своих воинов – почему бы не поговорить?

Хроки явно отнесся к конспирации серьезнее некуда – мы тащились через сугробы, пожалуй, минут пять. А человека самозванного конунга охраняли аж целый десяток хирдманнов с черно-красными щитами.

Хоть тот вовсе и не выглядел опасным – невысокий и худощавый, облаченный в темную куртку из кожи. Слишком тонкую и легкую, чтобы называться броней. Я не заметил у него никакого оружия. Впрочем, внешность здесь иной раз бывает обманчивой…

S@LT

Разведчик 22 уровня

Сила: 4

Телосложение: 3

Подвижность: 11

Восприятие: 12

Воля: 3

Интересный товарищ. Во-первых – игрок. Нет, конечно, на стороне Черного Копья вполне может сражаться хоть сотня пришельцев из реала, но этот, судя по всему – лицо особо приближенное. Абы кого самозваный конунг не отправил бы в качестве… парламентера?

А во-вторых – игровой класс. Разведчик. Не воин, не предводитель, не берсерк и так далее. Салт (или Солт?) пожаловал сюда не просто так. И, вполне вероятно, переговоры – далеко не единственная его миссия.

– Приветствую тебя, славный ярл Антор! – Коротышка шагнул вперед и склонил голову. – Конунг Ульвар Черное Копье желает тебе доброго здравия! Да стоит твой дом крепко, да не ослабнет твоя рука, да не притупится меч.

– На Эллиге только один конунг, и его имя – Бьерн Серый Медведь. А в остроте моего меча уже убедился Кетил Одноглазый. – Я коснулся рукояти «Звезды». – Зачем ты пожаловал сюда? И как твое имя?

– Я родился далеко отсюда, ярл. И мое имя слишком сложно, чтобы его запоминать, – отозвался коротышка. – Но местные прозвали меня Соль за острый язык.

Солт – соль. Красиво выкрутился.

– Я принес тебе слово моего конунга, – продолжил Соль. – Так слушай же, ярл: Серый Медведь падет. Его меч будет сломлен, его корабли сгорят, а те, кто ему служит, отправятся в Чертоги Всеотца пировать с эйнхериями. Но тебе нет нужды умирать, ярл. Ты могучий воин, о славе твоего хирда говорит весь Барекстад. Черное Копье умеет ценить силу и отвагу. Назови его своим конунгом – и твои дети будут править Барекстадом до скончания времен. А когда стихнут ветры зимы, мы отправимся на южные берега и возьмем столько добычи, что твой драккар не сможет унести и половины. Империя склонится перед волей конунга, а его верные люди получат земли и трэллов.

Однако. Похоже, не один я на севере умею в дипломатию. Черное Копье сулил… в общем, все то же самое, и я сам сулил бы на его месте. Богатство, власть, рабов, земли – стандартный пакет. А уж если ему удастся успешно провернуть подобные финты еще на паре островов Эллиге, Серому Медведю придется несладко.

– Я услышал тебя, Соль, – отозвался я. – И я услышал твоего господина. Передай Черному Копью, что на Барекстаде еще не забыли, что такое честь и верность клятве. Я служу своему конунгу. Убирайтесь обратно на Арнхольт. Убирайтесь, и молите богов, чтобы Серый Медведь казнил только тех, кто предал его, но пощадил их дома, жен и детей. Клянусь Тором-защитником и остальными богами, каждый, кто поднимет меч против меня – умрет. Я сам встречу в бою Черное Копье, убью его и принесу моему конунгу его голову!

Ну, этого я, допустим, делать на самом деле не собирался – негоже гневить высокое начальство в лице Павла Викторовича. Но для пущей драматичности пообещал. Воины с черно-красными щитами одобрительно загудели.

– Черное Копье умеет ценить и верность. – Соль кивнул. – Конунгу не нужны предатели, как не нужны и те, кто готов поклониться любому, кому вздумается назваться конунгом. Но позволь мне сказать тебе еще кое-что ярл. То, что не следует слышать тем, чей разум лишен искры Всеотца. – Соль вдруг подался вперед и заговорщицки подмигнул. – Я желаю говорить с тобой наедине.

– Нет. – Хроки шагнул вперед и взялся за рукоять меча. – Я не оставлю моего ярла.

– Мои слова не для ушей таких, как твой хускарл. – Соль усмехнулся. – Или ты боишься, ярл?

– Мне нечего бояться того, кто пришел с миром. – Я сложил руки на груди. – Он не сможет мне навредить.

Похоже, мои хускарлы были иного мнения, но спорить не стал даже Хроки. Тихо бормоча проклятия, он развернулся и вместе с остальными зашагал к лесу. Соль молчал, провожая их взглядом, и заговорил, только когда мои воины скрылись за деревьями.

– Мужик, да не ломайся ты. – Он вдруг широко улыбнулся. – Все мы про тебя знаем. У местных так башка не шурупит. Ну и слухи… сам понимаешь.

Я постарался изобразить на лице нечто, что должно было бы возникнуть у непися, который вдруг услышал незнакомую речь. Видимо, получилось так себе – и без того радостная лыба Соля (или как правильно – Соли?) стала вдвое шире.

– Артист, – хохотнул он. – Погорелого театра. Да верю, верю. Тебя уже сто лет как с потрохами сдали. Только наш конунг на это дело смотрит иначе, не бойся.