— Я очень уважаю его мать. Она бы не перенесла такую потерю.

— Так ты мог вызваться вместо него, как сделал сейчас. Зачем было меня травить?

— Я не хотел драться. Я надеялся, что поединок будет отменён.

— Тогда надо было больше белены мне в чай добавлять. Чтобы уж наверняка. Я узнал всё, что хотел. Альфред, ты доволен?

— Да, — кивнул тот. — Удачи.

— Благодарю, — улыбнулся Юрген. — Приступим?

— Приступим! — произнёс Наран.

Оба, и Юрген, и Хамза разулись, разделись по пояс и подошли друг к другу.

— Бой до смерти. Да благословит вас Тенгри. Во имя небесного волка, — объявил Наран и махнул рукой.

Оташ понятия не имел, насколько хорошим борцом был Хамза. Выглядел он довольно крепким, но в любой другой день шоно бы не волновался. Сейчас не переживать не получалось. Пусть Юрген и не жаловался на своё самочувствие, Оташ прекрасно знал, что его брат был ещё очень слаб. Да, возможно, надо было отложить поединок, но шоно в голову не пришло, что за Улмеса захочет выйти кто-то другой. Оташ сам буквально вчера воспоминал об этом правиле, но почему-то не отнёс его к стороне соперника. Улмес так сильно рвался в бой, что шоно и не подумал о том, что парень даст задний ход.

Юрген и без того не отличавшийся мышечной массой, после вчерашнего ещё больше похудел. Рядом со смуглым Хамзой он казался совсем бледным. Оташу хотелось наплевать на всё и просто прекратить поединок волей великого шоно. За ним оставалось право поступить так в любой момент, но только Оташ понимал, что Юрген не будет рад такому исходу событий, а все собравшиеся здесь сочтут это проявлением слабости.

Шу никогда не дрался так, как было заведено в Шоносаре, да и Оташ учил его не совсем традиционной борьбе сарби. Сам шоно тоже когда-то выучился драться у амарго из Айланорте, а потом сказались путешествия, и Оташ подсмотрел многие приёмы и движения у воинов Сереса и Аранты. В Юргене же собралась гремучая смесь из того, чему его обучил Оташ, и приёмов Нулана.

Хамза напирал, а Юрген не спешил и даже пропустил один из ударов. Наконец, Шу сделал то, чего от него и ждал Оташ. Всего лишь один резкий выпад, одно точное движение и Хамза падает. Если бы это был обычный поединок, то он был бы уже завершён. Один из соперников лежал на лопатках, и его можно было признать побеждённым.

— Добей его! — крикнул кто-то.

Юрген подошёл к поверженному Хамзе, тот уже успел придти в себя. Приподнявшись на локтях, он смотрел на своего соперника.

— Попроси сохранить тебе жизнь, — тихо проговорил Шу.

— Зачем? — также тихо отозвался Хамза. — Меня сразу же арестуют. Я пытался убить визиря. За это в Шоносаре казнят. Так лучше я погибну в бою, чем от руки палача.

— Вот только я не палач.

— Добей! — снова закричал кто-то из зрителей.

— Ну же, — проговорил Хамза. Юрген медлил. — Я знаю, что тебя откачали, только потому что рядом с тобой оказался великий шоно и тебе вовремя оказали помощь. Если бы ты был один, ты бы умер от яда. Чего же ты ждёшь? Что ж, я помогу тебе, — сказав так, Хамза бросился на Юргена. Шу среагировал раньше, чем успел подумать. Разница между тем, чтобы заставить человека потерять сознание, и тем, чтобы убить его, была в нескольких секундах. Юрген знал это с самых первых уроков Нулана. Он понял, что сделал, только когда обмякшее тело Хамзы рухнуло на землю.

— Поединок окончен, — объявил Наран.

Оташ поднял одежду Юргена и, подойдя, накинул дэл ему на плечи.

— Пойдём, эне, — проговорил шоно.

— Я убил его? — шёпотом спросил Шу.

— Да. Ты поступил так, как должен был.

Оташ чувствовал, что его друга трясло, и он хотел как можно быстрее увести его отсюда.

— Эй, Улмес, — вдруг обернулся Юрген. Сын казначея стоял рядом со своим отцом и выглядел растерянным. — Я не убивал Мариам. И в её смерти я никак не виноват.

— Это правда, — подтвердил Альфред.

— Значит, домашний арест завершён? — спросил Шу.

— Завершён, — кивнул Брунен.

— Может быть, ты ещё и убийцу нашёл?

— Может быть. Я почти уверен, что знаю, кто убил Мариам, пытаясь выдать её за одну из жертв душителя.

— И кто же это?

— Дайте мне ещё совсем немного времени. Элли как раз сейчас собирает нужные доказательства.

— А ты пришёл полюбоваться поединком? — усмехнулся Юрген.

— Я искал Хамзу. Но и на поединок я хотел посмотреть, это верно.

— Продолжай искать убийц, Альфред, — проговорил Оташ. — Идём, эне.

Шоно привёл Юргена в его покои и усадил на постель.

— Я распоряжусь об обеде, — проговорил Оташ.

— Я не голоден, — ответил Шу.

— Ну, уж нет, будешь есть. Ты худой, как медведь-шатун, и бледный, как моль.

— Ты уж определись, медведь или моль, — грустно улыбнулся Юрген.

— Поговори у меня ещё.

Приказав слугам принести обед, Оташ вернулся к другу. Шу лежал на кровати, свернувшись калачиком, и, кажется, спал. Шоно хотел пойти в свои покои, но Юрген проговорил: