"Спокойно". — Охлаждаю разум. — "Я не знаю, где сейчас Монго, но знаю, что делать, чтобы это выяснить".

И лучше с этим не затягивать.

Как ни неприятно признавать, но с наемником знатно сглупил. После устроенного по наводке Змея погрома, перестал считать любого из бандитов проблемой. С Монго следовало сразу же заходить с козырей. И делать это в тот момент, когда он раскрыл в себе слабенького, но интуита.

"Со мной явно что-то не то".

Слишком много мелких оплошностей и черт, явно нехарактерных для меня прежнего, нацеленного на максимальную эффективность. То же желание проломить броню самоуверенности Себастьяна — натуральное мальчишество. А уж чужой внутренний мир... еще шажок, и в голове поселятся потусторонние голоса.

Все это следует хорошенько обмозговать. Кажется, подселение в тело Химуры не прошло совсем уж бесследно.

Но позже.

— Я должен ее спасти! — Произношу с полной уверенностью.

И замечаю во взгляде мужчины мимолетный след сожаления.

— Не сможешь.

— Не смогу? — Переспрашиваю, резко принимая сидячее положение и давя зачатки головокружения и тошноты. — Что это значит?

Но вместо ответа собеседник подошел к маленькому столику, что находился в паре метров от меня и, задумчиво взяв с покоящегося на нем подноса пустой стакан, обратился к Сумико:

— Оставь нас.

— Я подожду с той стороны. — Изобразила глубокий уважительный поклон девушка, покинув комнату.

А затем, сказал уже мне:

— Лови. — И кинул свою находку.

Что я, пусть и не понимая смысла, сделал. И, прежде чем успел удивиться, стакан разлетелся кучей острых осколков прямо в моей руке. Часть из них неминуемо должна была впиться в кожу, но крови, как не странно, не было, хоть по нервам и ударило отголоском режущей боли.

"Что за фокусы?"

— Это никакая не магия и не фокусы. — Заговорил Себастьян, не отпуская внимательного взора. — Стакан совершенно обычный. Понимаешь, что это значит?

"Совершенно обычный? Что за чушь он несет? Будь я в ставшей второй кожей броне, то еще мог бы поверить, что мне хватит сил давить стекло, словно яичную скорлупу".

Однако, мало того, что не верил в силу Химуры, так даже его немощь не использовал на всю.

"Не мог же я за одну ночь..."

— Вижу, ты начинаешь понимать. — Едва заметно кивнул собеседник. — Дело не в стекле или каком-то воздействие на него с моей стороны.

— Хочешь сказать, что изменения во мне? — Полуутвердительно спрашиваю у слуги архонта.

— Для этого и необходимы ремни.

И что же нужно сотворить с человеком, чтобы усилие, воспринимаемое им самим, как незначительное, крошило стекло? Произвести инъекцию экспериментальной сыворотки, как в каких-нибудь комиксах страны, которой здесь не существует?

— Что вы со мной сделали? — Напрягся я, ощущая, как по телу расходится обжигающая волна поднимающегося гнева.

— Спасли от смерти. — Обыденным тоном откликается Себастьян. — Если Луиза посчитала, что для этого необходима Инициация, значит, так было нужно.

— Инициация? — Пропускаю мимо ушей очередную порцию восхваления кумира, зацепившись за самое важное и чувствуя все более растущую ярость.

"Что за хрень?" — Последняя точно не могла быть моей. Да, неприятно, когда на тебе ставят какие-то непонятные эксперименты, но если альтернатива — смерть, то уж как-нибудь переживу.

— Архонт — не просто красивое слово, это огромные возможности и столь же огромная ответственность. Те, кто создали систему Эфиров, не забыли встроить механизм дополнительного контроля. — А после заговорил с едва-едва проглядывающей ноткой торопливости и напряжения. — Подробнее спросишь у госпожи... если переживешь...

Собеседник умолк, но я почти этого не заметил, даже не расслышав его последние слова. Все больше и больше сил уходило на то, чтобы удержать собственное тело на одном месте. Эмоции били неудержимым фонтаном, выбрасывая в разум обрывки окрашенных яростью мыслей.

"Спасти Изуми..." — Вбивает напором первую. — "Убрать препятствие..." — Тянет за ней следующую, а затуманенный взор переходит на отступившего чуть дальше помощника Луизы.

Из горла вырвался приглушенный рык, заставивший мужчину сузить глаза и сменить позу. И, вроде бы, внешне она оставалась все столь же расслабленной, но каким-то новообретенным звериным чувством понимаю, что сейчас Себастьян готов к любому развитию ситуации.

— Сколько... — Проталкиваю сквозь непослушные губы вопрос. — Времени...

— По-разному. Не больше одного дня. — Верно понял меня тот.

А затем окончательно переключаюсь на самого себя. Прорвавшийся гейзер эмоций не получалось просто потушить, и я чувствовал, как с каждым мгновение что-то звериное и первородное рвется из меня, стараясь обвалить разум до состояния инстинктов.

"Какое унижение". — Начинаю примешивать к ядерному коктейлю собственную злость. — "Пытаться превратить в безмозглого зверя того, кто привык оперировать холодным разумом".