— Храм грозы уже существует. Он находится в ташийской столице, — встрял чародей. — Этот храм принадлежит громовым волкам со дня основания империи. Сейчас там, правда, заколочены окна и двери, а само здание осквернено.

— Ольд, я хочу снова попытаться связаться с Фаней, — перебил неловкий разговор Дарий. После того, как научился полностью контролировать все окружающие его энергетические потоки, он внезапно осознал переданный ему ташийцем метод.

Сын кузнеца внезапно посерьезнел.

— Что от меня требуется?

— Сядь напротив и дай свою руку, — произнес громовой волк, устраиваясь поудобнее на набросанных на каменный пол пещеры шкурах.

После того, как здоровяк выполнил сказанное, Дарий окружил свою руку магической силой и объединил ее с рукой Ольда. Закрыв глаза, он мысленно перебирал мириады переплетающихся связей, пока, наконец, не нашел наиболее подходящую, после чего сознание скользнуло в этот поток.

Мысленно Дарий вновь мчался над горами, полями и поселениями, пока не достиг высокого замка. Насколько он помнил, закат в этих местах происходил на несколько минут раньше, чем в Паларе, но он решил рискнуть, уверенный в том, что теперь никакие колдуны не смогут его заметить. К его удивлению, уже знакомый зал был абсолютно пуст. В исполинской клетке бесновался злобный и безумный дракон снежно белого цвета, до синей крови из пасти грызущий напитанные заклятиями прутья. Вокруг стояли небольшие клетки, в которых раньше содержались дети. Эти клетки были пусты.

«Где же Фаня?»

Убедившись, что его истинная аура не пробивается из энергетического тела, Дарий направил свою мощную ментальную волю в разум дракона.

— Ассар! — могущественный приказ громыхнул в голове дракона, вынуждая его рассудок проясниться. С их последней встречи Дарий многому научился. Лин-Ши больше всего восхищался его способностями к ментальной магии.

«С-с-с-с». Дракон медленно отошел от ранящих его прутьев клетки, неуверенно оглядываясь, но никого не находя.

— Ты меня понимаешь? Ответь мысленно, если да.

— Ты кто? — донесся полный боли ментальный голос.

— Это Дарий, громовой волк, помнишь меня?

Дракон удивленно рыкнул, вновь начав оглядываться.

— Как я пришел в себя в этом облике?

— Я поддерживаю твой рассудок. Это довольно трудно и отнимает силы, так что времени у меня не много. Где дети? Что случилось с Фаней?

— А ты многому научился за то время, что тебя не было, — мысленно произнес дракон, рассматривая собственное крыло. — Все дети мертвы, кроме того мальчишки. Я выполнил свою часть договора, парень смог пройти полную подготовку даже быстрее меня. Сейчас он на процедуре замены крови и раньше рассвета его не вернут.

— Как он? Я не могу проследовать за ним по энергетической связи.

— Для него специально оборудовали лабораторию в подвалах, полностью защищенную от внешнего мира, так что ты и не сможешь к нему попасть. Как он? Так же как и я, только в дракона не превращается еще. Но каждый день здесь — сплошное мучение. Он тебя проклинает, знаешь ли. За то, что не дал умереть, а заставил меня ему помогать даже против его воли. Но мне, если честно, плевать на его переживания. Если ты исполнишь свою часть договора — я готов на куски его резать и снова сшивать, только бы получить свободу!

— Я выполню свою часть, — произнес Дарий, из последних сил удерживая рассудок Ассара. — Силы заканчиваются. Передай Фане, что мы с Ольдом уже в пути. Мы обязательно вытащим его отсюда. И тебя вытащим, так что тоже держись, Ассар.

Дракон только неясно хмыкнул, после чего в его глазах вновь заплясало безумие. Дико и яростно взревев, он бросился чешуйчатой грудью на прутья своей клетки, вынуждая рунные столбы глухо загудеть от напряжения. Из его пасти вместе с ревом вырвались облака ледяного пара, замораживая даже сам воздух вокруг него.

Понаблюдав за беснующимся зверем, Дарий вернул разум в свое тело.

— Ну как? Как там Фаня? — Немедленно спросил Ольд, увидев, что Дарий открыл глаза.

— Я не смог его увидеть, — покачал головой громовой волк. — Но хорошая новость в том, что он жив. Однако Ассар сказал, что Фаня лучше поддается изменению и уже прошел подготовку. Ольд, Фане уже переливают кровь. Думаю, именно поэтому не сработала тогда магия поиска. В его жилах уже течет проклятая кровь сына Радуна…

Сын кузнеца ничего не ответил. Только взгляд стал острым и костяшки на кулаках побелели от напряжения.

— Я исправлю это, Ольд.

— Я тебе верю, — выдохнул здоровяк, выходя из пещеры.

— Тебе стоило позволить мальчику умереть, — покачал головой ташиец. — Не думаю, что он бы выбрал такую жизнь.

— До тех пор, пока есть надежда, нельзя сдаваться. Вот увидишь, когда я очищу скверну, все снова будет хорошо.

В ответ маг только грустно посмотрел на громового волка и тоже вышел. Дарий все еще слишком юн. Он все еще не понимает многих вещей. В данном случае смерть была бы милосерднее. Ведь это кровь Радунова сына, твари, убившей первых громовых волков! Как можно шутить с такими вопросами? С чего он взял, что на нем сработает очищение так же, как на обычных оборотнях?