— Дружище, иди, помоги! Сядь с Дигу.

Почтительно кланяясь священным перьям, Мбисин робко примостился рядом с малышом.

Масса Джон перетянул руку Дигу странной тянущейся верёвкой и вытащил из ящичка прозрачную лиану с тонкой острой иголкой на конце.

— Видишь вот эту штуку? Сейчас я буду чистить кровь Дигу. Если он случайно проснётся, держи его крепко, понял? Не дай дёрнуть рукой.

Мбисин успокоился и почтительно кивнул.

— Я понял, масса Джон. Я буду крепко держать.

Великий Мвамба прав. Масса Джон сильный колдун. Сразу увидел, где сидит злой дух и связал его верёвкой. Наверно будет выгонять через лиану. А перья разбросал, чтобы остальные духи не помешали. Вот теперь всё понятно.

— Держишь?

Макс тщательно протёр сгиб локтя спиртом и аккуратно, миллиметр за миллиметром ввёл иголку в тонкую детскую вену.

— Уфф, кажись, получилось, — смахнул капельку пота со лба. — Всё, сидим, ждём…

Спасибо Мигелю. Занятия не прошли даром. Вдолбил в подкорку. Да и Алекс наверняка постарался. Кстати, что-то притих, затаился. Наверно сидит там, пялится в монитор и ржёт, потягивая пивко под чипсы…

Непроизвольно покосился наверх и мстительно высунул язык.

— М-е-е тебе, гад ползучий…

Мбисин опасливо втянул голову в плечи. Прямо на глазах творилось великое белое колдовство.

— Молодец. Вот так и держи.

Убедившись, что абориген понял всё как надо, Макс отошёл и уселся спиной к центральному столбу.

Самое удобное место. И вход как на ладони, и сзади не прилетит. Теперь бы неплохо ухитриться хоть как-нибудь разузнать, чем и отчего потчевал ребёнка местный народный целитель. Может по незнанию английского под мрачным термином злой дух проходят элементарные кишечные паразиты.

— Ну, давай рассказывай, как Дигу заболел. Кстати, другие дети и взрослые случайно тоже не болеют?

Покосившись вниз, Мбисин немного обмяк.

— Болеют. Не так, как он.

— Не так? А как? — живо заинтересовался Макс.

Вот те раз, не хватало ещё какой-нибудь эпидемии. И сам вляпаешься, и власти закроют регион на карантин. Тогда пиши пропало, Алекс всю плешь проест, переселит на перевоспитание в какую-нибудь бабуленцию божий одуванчик.

— Болезни всякие, — оживился Мбисин, видимо в надежде вылечить всех страждущих и немощных одним махом. — Много. Бабка Вхету согнула спина, старый Пирипи стал красный глаз, а у Атаахуа на пальце…

Макс протестующе поднял ладони.

— Стоп-стоп-стоп! Я имею в виду, чтобы люди болели как Дигу. Сильный жар и лежат неподвижно.

— А, нет, — помотал головой Мбисин. — Здесь нет.

— Ага. Здесь нет, — терпеливо повторил Макс. — Значит где-то да, так?

— Да, — степенно кивнул абориген. Задумался и пояснил:

— Идти половину дня рождение солнца.

— Понятно…

Макс тяжело вздохнул и прикрыл глаза.

Да, похоже, зря затеял этот разговор. Слепой с глухим. Мало того, ни черта не понимает по-английски, так ещё и несёт всякую…

— Стоп. Рождение солнца. Ты имеешь в виду рассвет что ли?

Мбисин виновато улыбнулся.

— Не понимаю.

— Ну, рассвет. Место, где солнце поднимается снизу вверх, понимаешь? Рассвет.

— А-а-а! Понимаю! — просиял абориген. — Рассвет.

— Отлично! Так, и что там, где рассвет?

— Деревня. Вторая сестра. Там ходят маленькие, как Дигу. Злой дух сидит пять, — задумчиво глянув на потолок, Мбисин для верности поднял растопыренную пятерню. — Пять…

— Я понял-понял, — быстро перебил Макс. — Ты хочешь сказать, в той деревне заболели пятеро детей, так?

— Так.

— Ага. И наверно их тоже лечат этой дрянью? — Макс кивнул на плошку.

Мбисин покачал головой.

— Это не дрянь. Это дал Великий Мвамба. Надо пить, злой дух будет добрый, и Дигу спать.

— Ну ещё бы не спать, — хмыкнул Макс. — После такого-то пойла. Вы бы ему ещё стакан вискаря накатили…

— Что?

— Я говорю, неужели у вас тут нигде врача получше, чем Великий Мвамба не нашлось?

Абориген на несколько секунд завис, осмысливая сказанное, и важно кивнул.

— Получше есть. Но далеко отсюда, — замялся, воровато понизив голос. — И ещё он плохой…

— В смысле, плохой? — прищурился Макс. — Сдаётся мне, дружище, ты опять что-то малость со словами напутал. Понимаешь, слова получше и плохой имеют совсем разный смысл. Это как верх и низ, если ты понимаешь, о чём я…

— Нет, — покачал головой Мбисин. — Я сказал всё верно. Вирему самый великий колдун, это все знают. Но злой.

— Злой? И что же в нём такого злого?

— Здесь, — Мбисин коснулся груди. — Когда нельзя лечить, он берёт душу.