— О чем ты думаешь, Лола? — вырвал её из размышлений голос разбойника. — Ты так на меня смотришь, будто в первый раз видишь. Не рада?

— Почему же, рада, ты же брат Ее высочества… — неловко пробормотала служанка.

— Врешь, — с улыбкой оборвал её мужчина. — Эх, Лола — Лола, ты никгда не была сильна во лжи, так незачем начинать, тем более со мной. Колись, девочка, случилось что?

— Да, — еле слышно выдохнула она.

— Так говори, чего ждешь-то.

— Страшно… — честно призналась Лола.

— Кого боишься? Меня, что ли? — и, прочитав утвердительный ответ в глазах собеседницы, не удержался от смешка. — Ой, Лола, уморишь! Уж кто — кто, а мои друзья могут ничего не бояться, уж тем более меня.

— А мы друзья? — тихо, словно и не к нему обращаясь, проговорила девушка.

— Та-а-ак… — атаман резко поднялся и теперь сидел прямо напротив нее, у упор смотря прямо в глаза, пробираясь колючим цепким взглядом к самым сокровенным мыслям. — А теперь выкладывай, что за непонятные подозрения у тебя на мой счет.

Делать нечего, пришлось выложить все на духу:

— Ночью перед официальным прибытием посольства Отче я задержалась допоздна, стирки много накопилось. Когда я шла у себе, я в окно заметила, как ты проводишь кого-то мимо стражников. Вы шли вроде и не таясь, но в то же время так, что в такой час вам могли встретиться только охранники, которые, узнав тебя, не стали бы вас останавливать.

— Ты проследила за мной… — полуутвердительно сказал атаман.

— Да, — кивнула девушка. — Я видела, как ты провел Светлейшую к тайной двери в покои Его Величества. Лихой… Лихой, скажи, неужели ты служишь ей?

— Что?! — привычно скалясь, воскликнул разбойник. — Ну и мысли у тебя, детка! Лола, тебе ли не знать, что я не то что не служу никому, я верен только себе. В политике все то ли за этих, то ли за тех, а я всегда только за себя и не скрываю этого. Так что я не служу… скорее помогаю, причем не столько Светлейшей, сколько дяде.

— Значит, и про лорда Джанговира тоже правда?! — ахнула Лола.

— О, все интереснее и интереснее! Значит, дядюшку ты тоже на чем-то поймала?

— Да, — призналась служанка. — Её Высочество рассказала мне, что принц Эзраэль и Синдбад как-то раз забрались в спальню Светлейшей и так удачно попали, как раз когда она развлекалась там со своим любовником. Они опознали короля по голосу и черным замшевым сапогам. А перед сегодняшним приемом все с ног сбились, разыскивая их. Его Величество до сих пор рвет и мечет.

— Мда уж, стырить любимые сапоги у самого Жестокого короля и к тому же не вернуть осмелился бы только один человек на всем свете, — ухмыльнулся разбойник. — Сообразительная ты, однако, Лола, и наблюдательная. И никому ничего не рассказала?

— Я думала, что, возможно, ошиблась. Как говорится, перебдела. Ведь Его Светлость так любит брата, да и племянников просто обожает. Он же, не жалея сил учит, их всему, что знает сам, так старается ради будущего Веридора. Я и помыслить не могла, что он — слуга Отче.

— Все же не поняла, — покачал головой Лихой. — Лола, дядя — не слуга Отче. Он — раб Светлейшей. Как, впрочем, и она — его.

— Не понимаю.

— И не надо. Главное, можешь быть спокойна, ни я, ни лорд Джанговир не причиним вреда никому из нашей семьи. Более того, мы всеми силами прилагаем, чтобы избежать казней. Ты знаешь, зачем я ездил в Порсул?

Девушка только отрицательно покачала головой.

— Значит, Конда решила так твои нервы поберечь. Что ж, считай, твое неведение закончилось.

Следующие полчаса Лихой во всех подробностях рассказывал Лоле о сущности Тейши, о привороте на крови, о наложенных на Гвейна ментальных сетях, о своем полете с дворцовой стены, о цели своего путешествия на Восток и наконец о неутешительных итогах.

— Способа уничтожить приворот на крови нет. Это точно. Сотворенная однажды Магия Крови не рассеивается даже через века и разрушить её не под силу даже создателю.

Лола сидела перед ним в немом ужасе. Вот и все… Надежды нет. И впору удариться в истерику, но даже слезы, словно оцепенев, не набегали на глаза. Это был конец… был бы, если бы не последняя фраза Лихого:

— Но меня тут, пока вплавь до Веридора добирался, озорило. Посетила меня одна дельная мысль, так что, может, и не все пока потеряно.

— Что? — мигом ухватилась за эту соломинку Лола.

— Помнишь то покушение на короля, в котором еще Одержимого обвинили и сослали? Так вот, слышал я, что демон спас отца от Дыхания Смерти с помощью кинжала. Как-то хитро он его сделал, так, что он должен был вытянуть из жертвы всю магию. Я вот думаю, если кинжальчик смог поглотить проклятие, может, его и на приворот хватит?