— Да, — глухо рыкнул легендарный разбойник. — Это я подкинул Эзраэлю и кинжал, и идею, как доползти до власти, под твоей личиной. Да, я узнал у Алис, какое проклятие, подвластное магу Смерти, может отправить в царство мертвых даже высшего демона. Да, я промахнулся и случайно попал в папу. Более того, я обманом заставил Лолу помочь мне вытащить тот кинжал из королевского тайника и вручил его Конде, чтобы она, если что, могла убить даже Эзраэля. Осуждаешь?

— Нет, — по прежнему ровно и спокойно произнес лидер Черной Тридцатки, продолжая как ни в чем не бывало попивать пиратское награбленное винишко. — Те, кто осудит и еще посплетничает, всегда найдутся, не хочу пополнять их число. Я не был на твоем месте, Лихой, не мне судить тебя. Я не выдал тебя семь лет назад и позволил свершиться правосудию, потому что считал, что тогда, что сейчас, что Рай виновен. Он и без тебя дошел бы до покушения, только способ был бы попроще. А если бы отец принял решение казнить его, я бы помог ему сбежать…

— И сам угодил бы за решетку вместо него, — язвительно закончил за него атаман.

— Если на то была бы воля Богов.

— Святой ты, что ли? — досадливо поморщился Лихой.

Ответить Гвейн не успел — послышался скрип деревянных ступеней, ведущих в трюм…

— Мы спасены! — провозгласил на весь трюм зычный голос кронгерцога Веридора блистательного лорда Джанговира.

— А мы погибали? — послышалось следом ворчание лорда Дива, сопровождаемое жалостливым скрипом ступеней, немало повидавших на своем веку.

— Конечно, причем долго и мучительно, от жажды! Племяшей только за смертью посылать, но никак не за выпивкой! Я уж успел всю жизнь свою горемычную вспомнить с тех пор, как послал их за ромом!

— Послать, Ваша Светлость, вы могли разве что в Хаос. Может, Гвейн с Лихим там для вас ром разыскивают? А вот за смертью посылать впору только вас, вы же у нас некромант, так не будем отнимать у вас хлеб. Кстати, о хлебе, не хотите ли кваску, здесь и такой деликатес имеется, — первый министр громко постучал по бочке, за которой как раз устроился не замеченный в полумраке Лихой.

Гвейн хотел было подать голос, что, мол, здесь они с братом, просто забыли, что не только ради себя совершили набег на трюм, но Лихой вдруг вскинул руку ладонью вперед, останавливая его, и знаком попросил затаиться. Чернокнижник неслышно отодвинулся под прикрытие вина, на которое кронгерцог и министр не обратили ровным счетом никакого внимания, только лорд Див вскользь бросил, что благородного пойла лично ему по горло достало в Веридоре, а на бескрайних морских просторах волей — неволей душу охватывает ностальгия о пиратском прошлом.

— Какое это у вас пиратское прошлое? — ухватился за слова собеседника Джанго, отыскав для себя ром в противоположном от вина углу трюма и усаживаясь рядом с демоном, который все же решил приложиться к квасу.

— Я так понимаю, у нас второй раунд излияний откровений?

— А вы что-то имеете против? К тому же откровенные излияния хорошо заходят под винные, — не изменял старым привычкам лорд Джанговир, — всякую правду, что горькую, что сладкую, что пресную, приятно запивать добрым вином или ромом, ну, или в вашем случае, квасом. Так что, вы говорите, разбойничали вы в море?

Несколько минут лорд Див молчал, и отчего-то эта тишина показалась Гвейну зловещей, словно затишье перед бурей. Лихой же был уверен, что первый министр сейчас отговорится чем-то вроде "я неправильно выразился" или "я имел в виду нечто иное, а что именно, сам уж забыл, так что оставим". Но демон не стал юлить.

— Поверить не могу, что вы так и не признали меня. Хотя… и сам, увидав вас впервые после столь долгой разлуки, не поверил своим глазам. Но все же спутать тебя с кем-то, Ветер Смерти, просто невозможно. Такая дерзость, наглость, нечеловеческая удача и умение посылать в Хаос всех и каждого. Нет, двоих таких земля бы не выносила!

— Намекаете, что мы встречались с вами на море? — изумленно спросил Джанго. — Но я бы вас ни за что не забыл, значит, должен был видеть вас в другом обличье. Но демонов я в живую на море не встречал, даже когда меня забросило на корабль, полноый нечисти.

— Что вы знаете о минотаврах, лорд Джанговир? — доверительно спросил лорд Див, и Лихой, даже не высовываясь из-за своего укрытия, мог сказать, что демон ухмыляется.

— Только то, что у них бычья голова, хотя говорят они по-человечески, и козлячьи ноги, они неимоверно сильны, двигаются как люди и свирепеют в одно мгновение, — настороженно проговорил кронгерцог, с опаской поглядывая на собеседника.

— И что капитаном легендарного "Нечестивца", корабля, как вы верно заметили, полного нечисти, был именно минотавр. А еще это такая особая порода демонов, в Хаосе не особо уважают, ибо бескрылые, хотя люди почему-то дрожат больше, чем перед крылатыми. А теперь пораскиньте мозгами, Ваша Светлость, и догадайтесь, какого дохлого тролля я уже третью неделю курсирую с вами на этой посудине, не имея возможности причалить к восточному берегу, потому что султан догадался усилить охрану портов и бухт, а не перелетел в считанные секунды через море рямиком в Порсул, где томится взаперти моя единственная? Право же, обычно догадливость не изменяет тебе, а сейчас так долго не мог понять очевидное. Я бы даже поверил, что бы забыл и меня, и мою дочь, если бы ты не назвал свой корабль в честь Линн. "Туманная Бестия". Твое судно похоже на нее: быстрое, безупречное, неуловимое, неповторимое в своей смертоносной красоте и способное покорить даже огненные преисподни Хаоса.