– Маг королевы? – острый взгляд Келюса, казалось, пронзил Жорота насквозь, – Я думал, что при дворе достаточно одного вечномолодого бездельника.

Кецетин уже открыл замок, явно отложив урок Жорота на по-том. Зайдя внутрь, зажег свет в коридоре. Келюс, шедший пос-ледним, плотно прикрыл дверь. Внутри было тепло, и маг раздел-ся. Жорот с Келюсом последовали его примеру.

– Зависть – плохое чувство, – отозвался Кецетин, нисколь-ко не обидевшись на "бездельника".

– Впрочем, ради старой дружбы, я могу тебя немного подреставрировать… Скажем, до трех лет. Согласен?

– Почему до трех?

– Чтобы соотношение наших возрастов хотя бы приблизитель-но соответствовало виду…

– Ну, а всех, кто моложе тридцати, ты тогда вообще в мла-денцев превратишь? Или в эмбрионы?

– Уговорил, – вздохнул маг. – Слишком хлопотно. Оставим, как есть… Жорот! Все, что ты видишь вокруг – что-то вроде моих апартаментов… Теперь наших. Правда, личные комнаты у меня – и у тебя тоже – будут в непосредственной близости к нашим опекаемым…

– Ты – так вообще из Королевских покоев не вылазишь, – ввернул Келюс.

Кецетин, не обращая на него внимания, продолжал:

– Но все магические опыты, даже самые незначительные, будь добр проводить только тут. Иначе нарушишь сеть, растяну-тую в здании…

Жорот кивнул, оглядываясь.

– Эти две двери ведут в библиотечные залы, следующая – в лабораторию, а четыре последние – столовая и спальни – для на-ших личных гостей… Или для нас – пару раз в год – когда ко-ролевская пара выезжает на праздники в Храм. Ну и сегодня, на-верное… – Помолчав, Кецетин неожиданно добавил. – Жаль, что ты не женщина…

Но это было бы уж слишком большой удачей.

Жорот опять кивнул, соглашаясь, что на должность мага Ко-ролевы действительно приличней было бы взять колдунью.

– А ты его преврати, – ехидно посоветовал Келюс.

Кецетин ласково – очень ласково – взглянул на Советника:

– Давай лучше – тебя? Регина будет в восторге…

– Ага. Ты сам от нее потом не отмахаешься, – усмехнулся тот.

– Уж как нибудь… И какие возможности появятся… – меч-тательно заметил маг. – Если только ты не запаникуешь, как тогда…

На лице Келюса вдруг мелькнуло какое-то странное выраже-ние. Впрочем, он тут же рассмеялся, а Жорот так и остался сто-ять – с отвисшей челюстью. До него дошло, что, похоже, экспе-рименты с переменой пола уже имели место быть. Туда и обратно!

Это при том, что даже односторонний процесс требует запредель-ного профессионализма!

Кецетин подмигнул колдуну:

– Идем в столовую – я голоден, как волк!

Утро следующего дня ознаменовалось вваливанием Кецетина в спальню и бесцеремонным тормошением Жорота. Вчерашний ужин за-тянулся далеко за полночь (правда, алкоголя не было, но после вороха новостей, которые вывалил Келюс, и которые Жорот, во избежание путаницы, вынужден был запоминать с помощью магии, голова трещала не хуже, чем с перепоя).

– Давай, давай, поднимайся!

Колдун потащился в ванную, приводить себя в порядок, Ке-цетин же, устроившись на стуле, поторапливал его.

– У тебя есть что-нибудь приличное из одежды? – поинтере-совался Кецетин, увидев, что Жорот достает одну из своих чер-ных мантий.

– Что ты понимаешь под "приличным"? – уточнил колдун, по-косившись на расфуфыренно-кричащий костюм Кецетина, который, по-видимому, отвечал последним веяниям местной моды.

Кецетин поднял глаза к потолку, задумался и неохотно кив-нул:

– Ладно, это даже к лучшему. Представим твое однообразие нарядов, как униформу Клана…

Жорот, расчесывая свои длинные волосы, и собирая их в привычный хвост, пожал плечами:

– В Клане, как и везде…

– Хоть мне лекций не читай! – поморщился Кецетин. – Пос-той, ты украшения хотя бы носишь?

– А что, надо?

– Желательно, – опять скривился маг, – Ладно уж, черт с этой одеждой, но твой демонстративный аскетизм будет выглядеть вызывающе…

Жорот уже перебирал вещи в одной из сумок. Достав пласт-иковую круглую коробочку, кинул ее Кецетину.

– Это пойдет?

Маг попытался открыть коробочку сначала пальцами, потом зубами и, наконец, плюнув, начертил на крышке руну. Упрямая вещица наконец поддалась.

– Сколько ж ты ее не открывал?

Прежде чем ответить, Жорот задумался:

– Лет восемьдесят, – сказал он неуверенно.

Кецетин, вытащив тяжелое бриллиантовое ожерелье, прис-вистнул:

– Неплохо для того, кто не носит украшений…

– Подарок на свадьбу, – невозмутимо отозвался Жорот, – У супруги такое же.