— Будет лучше, если с котятками и Асокой я поговорю, — сказала Ассаж, когда я покинул ванную комнату.

— Уверена? — повернул к ней ухо, прекратив мысленно набрасывать пункты дел.

— Да. Я ее вообще с собой на Датомир возьму. Поверь, ей подобный опыт на пользу пойдет.

— Хорошо.

Согласился, не столько интуицию слушая, сколько голосу разума подчиняясь. В том, что она стала частью прайда, сомнений ни у кого не было. Но свое место в нем она должна занять самостоятельно. Не мне что-то доказав, а в первую очередь остальным свое право показав и, если потребуется, отстояв. Я и раньше понимал, что оказываю чересчур сильное влияние на детей, постепенно превращая их в котят, но после того, как они над собой Силой поиздевались (по-другому язык сказать не поворачивался), особого выбора и не осталось. Отчасти, они отзеркаливали меня. Я — человек ставший катаром, а вот они, в определенном смысле, почти превратились в катаров, оставаясь физически собой. И если мне до сих пор аукается несоответствие внешнего и внутреннего, то им все это еще предстоит. Естественно, имея опыт преодоления подобных трудностей, помогу, но от необходимости пройти путь становления и принятия себя им никуда не деться. Все, что в моих силах — облегчить его. И тут, во многом, мне помогут знания и опыт Араелы. «Так, не думать», — жестко отсек мысли и вызванные ими эмоции. Потом. Сейчас надо работать.

Позавтракав все вместе, прайд разделился. Мирр отправился в командный центр, обещав вечером, если все нормально будет, провести совместную тренировку. Ассаж с остальными отправилась в зал для разминки и совместной медитации. Потратив около часа на все про все, она занялась налаживанием учебного процесса. Сила и физическая подготовка — хорошо, но недостаточно. Котяткам требовалось заниматься, в конце концов, Далак Дилган прав. Так или иначе, но им предстояло, по статусу, быть кем-то вроде принцев. Разумеется, подобное накладывает соответствующие обязательства и требования. Заодно Ассаж и Сима с Писом навестила. Разумно решив, что не дело про них забывать и за бортом оставлять. В каком-то смысле, они дружественный и даже родственный прайд. Вот только чем их занять она не представляла, верней, задумки-то были, но именно идя к фермерам, она решила уступить инициативу Асоке.

Все это время та следовала за ней тенью и разрывалась от противоречивых чувств. С одной стороны — она испытывала благодарность за победу над Энакином и спасение младших, с другой — у нее наблюдался типичный конфликт лояльности. Она все никак не могла решить, как относиться к Ассаж и воспринимать ее связь с Мирром. «Считать это предательством Араелы или нет?» — мучилась вопросом Асока. С появлением малышей волчица стала меньше времени уделять остальным. Тано понимала и принимала это, но все равно, пусть и неосознанно, обижалась. Сперва учитель на войну ушел, недодав ей тепла и заботы, потом Араела немного отстранилась, а затем и вообще все прахом пошло. Слишком часто для нее мир рушился, слишком боялась она одиночества. То храмовое воспитание и мечты о приключениях, то уютная станция. Она просто ужас и растерянность ощущала. Заранее страшась того, что и в третий раз беда случится.

— Ты лучше знаешь, что тут и как, — заговорила Вентресс, останавливаясь. — Нам надо занять делом друзей, показать, что не забыли и не использовали их. Твои предложения?

— Нуу, — задумалась Асока, которая совсем не о фермерах думала, — надо им работу придумать, — выдала она привычное про учебу с тренировками, просто заменив и объединив их под другим словом.

— И чем они у нас тут заняться могут? — спросила Ассаж, мысленно хмыкая, но не показывая виду.

— Эмм-м, да ничем, вроде, — потерла монтралу тогрута, теперь уже по-настоящему обдумывая варианты.

Естественно, решать что-то без учета мнения самих фермеров, не стоило, да никто и не собирался. Просто Ассаж использовала стандартный психологический трюк — совместное дело. Каким бы оно ни было, оно всегда сближает. Как минимум, дает точки соприкосновения, а там… Все от участников зависит. Вообще, изначально она подумывала о тренировочном бое, но вовремя отказалась от задумки. В отличие от котят, Асоку нельзя было считать, условно говоря, идущей по пути катаров. Мирр передавал ей свой опыт и знания осознанно, отфильтровывая лишнее, да и сама она к нему попала уже достаточно взрослой. Конечно, еще в детстве он сбил ее, или наставил, тут как посмотреть, с пути. Вот только орден, он все равно своим воспитанием деформирует юнлингов. Превращая людей, забраков, твилеков, тогрут и всех остальных в джедаев. Пытается во всяком случае.

Худо-бедно, набросав вариантов, Ассаж с Асокой добрались и переговорили с Писом и Симом. Последний, вместе с женой и ребенком, желали лишь одного — безопасности. Им совершенно не хотелось приключений, опасностей и всего остального. Поэтому они решили отправиться на Почечуй. Новые документы и покровительство Стулте вполне их устраивали. Для обеих одаренных не было секретом отношение к ним жены Писа. Неприятно, конечно, но и обижаться на то, что их считают виновницами всех бед и крушения мира, они не могли. Ассаж, бросив взгляд на Асоку, лишь мысленно муркнула, холодным разумом оценив удачное стечение обстоятельств. Девочка смогла увидеть себя со стороны. Гротескно и не совсем верно, но главное — ей не понравилось.

Сим, несколько неожиданно для всех, заявил, что возвращается домой и берется управлять хозяйством друзей. «Людей кормить надо», — просто пожал он плечами и улыбнулся. Утверждение, мягко говоря, излишне сильное. Уж чего-чего, а голода на Накава отродясь не знали. Впрочем, отговаривать его никто не стал. Во-первых, бесполезно. Он уже все решил и обдумал. Во-вторых, все не просто признали символизм поступка, но и оценили его, приняв. «Тоже, в некотором смысле пример для Асоки полезный», — хмыкнула Ассаж про себя и мысленно поблагодарила Силу. Уверена она была в том, что не могло без ее воли сразу два из трех путей такое наглядное воплощение получить.

— Идем, разомнемся, — предложила Ассаж, когда они распрощались с фермерами.

— Угу, — кивнула задумчивая Асока.

Все же, ее неистребимая любовь к фехтованию и азарт хищника взяли верх. Если поначалу она вяло и заторможено мечами работала, то позже, пару раз пропахав носом пол и покувыркавшись, взялась за дело с полной самоотдачей. «Может я и не права», — подумала Ассаж, после нескольких часов изнурительных схваток.

— Все, сдаюсь, — признала наконец поражение Асока, с трудом поднявшись после очередного падения.