— Вы нарушили границу карантинной зоны. Немедленно лечь в дрейф и отключите системы защиты.

— Выполняю.

Давать сигнал Ня не пришлось, та и сама уже все необходимое делала.

— У меня на борту лекарство для планеты…

— Разберемся, — перебил лейтенант-коммандер. — Следуйте по выделенному коридору на малой тяге. Любое отклонение от маршрута, открываю огонь на поражение, — огорошил юстициар. — Готовьтесь принять на борт досмотровую партию.

— С удовольствием, только давайте побыстрей, на планете скоро начнется мор.

— Ситуация под контролем. Выполняйте приказ.

— У вас что, челнока не найдется? Счет на часы, если не на минуты идти может! Проверьте, пока до орбиты телепаем!

— Я действую в соответствии с инструкцией. Следуйте…

— Да следуем мы, — рыкнул, перебивая идиота, которому устав с наставлениям и прочими инструкциями давно и напрочь мозг заменил.

Конечно, умом-то понимаю — любая техника безопасности и порядок карантинных мероприятий пишется кровью. Зачастую миллионы, а то и миллиарды жизней за сухими и скупыми пунктами инструкций стоят, но чертова одаренность… И без того лекарства по складам собирая времени много потерял, а теперь — просто знаю, чувствую, как вибрирует натянутая до предела струна.

— Пап, — дрогнул голосом Каш, и указал на выросший шар планеты.

— Бездна! Ня?

— Корабль, малый пассажирский транспорт, южный полюс…

Отрывистый, даже где-то обрывочный доклад, искин сопроводил выводом тактической голограммы с метками-пояснениями и справочной информацией. Древняя рухлядь, которая была старьем еще в то время, когда неудачно приземлилась на Басомагсе. Музейный экспонат, который, собственно и был, до недавнего времени, всем музеем в местном аналоге Мурманска.

— Беглец транслирует сообщение на открытой волне.

— Выводи, — принял решение, бросив взгляд на мальчишек.

Воротник новенького кителя, нещадно раздражал контр-адмирала Моза. Мало того, что он не мог толком выспаться, и чтобы уснуть был вынужден принимать снотворное, так еще и этот ситхов воротник. Ситуация на планете летела в бездну, а сенат все еще не включил ситуацию в повестку. Ублюдки, способные только болтать, очень удобно устроились. Пока они не приняли решения, вся ответственность лежит на Корпусе, конкретно, на нем, как старшем офицере блокады.

— Адмирал, с планеты готовится взлететь корабль. Спутник передает картинку. Погрузка, сэр.

— Территориалы?

— Недееспособны, сэр.

— Выведи, — махнул на боковую панель проектора адмирал.

«Дурацкий вопрос», — вздохнул Моз, остановив руку, своевольно потянувшуюся к удавке, по недоразумению названной воротником. Как будто он не знает — девяносто процентов планетарных сил обороны валяется по койкам в переполненных больницах и госпиталях. Это если им повезло в них попасть.

— Готово, сэр.

Древняя рухлядь, ударными темпами приведенная в способное к взлету состояние. Вереница людей, бредущая потоком по полю космодрома. Моз скрипнул зубами и отключил голограмму. Не помогло. Даже перед закрытыми глазами, стояла четкая картина частокола. Один высокий силуэт на десять маленьких. «Богиня, — взмолился адмирал, — пусть они не взлетят. Ну что тебе стоит, великая, прошу, я был не лучшим твоим сыном, но смилуйся над ними».

— Действовать по инструкции, — отдал приказ Моз.

Собрав пальцы домиком и уперев подбородок в большие, он, постукивая указательными перед носом, принялся рассматривать синтезированную карту системы. В этом не было никакой необходимости, но позволяло хоть немного отвлечься.

— Сэр, обнаружен корабль, идет к нам, — отвлек адмирала доклад энсина.

— Выслать корвет.

— Есть, сэр.

Опять кто-то родню спасти пытается. Может обойдется? Не хотелось бы число обломков увеличивать.

— Огонь открывать только при попытке прорыва к планете.

— Есть, сэр.

— Если захотят уйти, не препятствовать.

— Е…

— Это нарушение карантинных мер! — напомнил о своем существовании господин Шмакс, наблюдатель от сената.

— Найти бы того, кто их составлял, — буркнул адмирал. — Передать приказ, энсин.

— Есть, сэр.

Эктон Шмакс, предпочел выразить свое мнение красноречивым сопением. В очередной раз напоминать о том, что он обязательно доложит о самоуправстве, нарушениях инструкций, положений и главное, его рекомендаций, он не стал. Ограничился тем, что вновь пообещал себе приложить максимум возможных усилий для организации скорейших похорон карьеры одного нахала, посмевшего иметь собственное мнение.