Напарник откинул с меня одеяло, аккуратно подхватил на руки, прошёл в санузел и поставил на пол, придерживая при этом. Расстегнула и сбросила подгузник, из сего «девайса» отчётливо пахнуло.

— Помоги, — Тихо говорю я, пытаясь сесть на унитаз.

Турианец, полыхая смущением, усадил меня на стульчак, попытался отойти, но я как когда-то в далёком детстве начала заваливаться. Напарник тут же сел рядом поддерживая меня, смотрю в его яркие зелёные глаза, усмехаюсь и, делая дело, рассказываю историю с обретением мной биотики. И мытарствами старшего брата, так же таскавшего меня на горшок. В конце рассказа, друг рассмеялся.

— Это ты мне таким странным образом делаешь предложение?

— Мне сказать слова?

— Позже, не в этом месте. — Ответил, сверкнув глазами друг. Помог мне встать и по моей же просьбе поставил под душ. Кое-как, трясясь, будто осиновый лист смогла себя помыть, потом позвав напарника, выползла в каюту и с его же помощью оделась. После Найлус даже не слушая моих возражений, на руках унёс меня на камбуз, где под чутким руководством приготовил на двоих завтрак, после которого я и сказала ему слова клятвы, но не те, что говорила в своё время своим на Мендуаре, а личной, индивидуальной клятвы между двумя турианцами-воинами. И друг принял её и ответил мне тем же. С этих пор, я и мои дети, его родственники, но, ни на дядю Стива с братьями, ни на кого-то из родни Найлуса, наша клятва при этом не распространялась.

Позже начал подтягиваться экипаж, мои люди видели меня и расцветали улыбками, пусть я была бледная, сидела привалившись к турианцу, но я была с ними и это возвращало людям уверенность в своих силах. Когда весь экипаж встал, устроили ещё один разбор полётов. С просмотром голозаписей, синтезированных Сьюзи. Наша ИИ подошла к этому творчески, заострив внимание на особенно важных моментах. При этом поведала нам отчего помер кроган, которого нашли люди Киррахе. Согласно данным сканирования, проведённого Сильвианн, тот, кто жевал хаска, так сжал его, что позвоночник пробил затылок и воткнулся в мозг, разрушив структуры ответственные за двигательную активность, в остальном же этот кроган был вполне функционален. Да и на голозаписях было отчётливо видно, что гарантированное поражение изменённых происходило только при попадании в голову и сильном повреждении головного мозга, ну или если разрывало шейный отдел позвоночника, а так даже потеря конечностей и сильные повреждения тела не сильно влияли на боеспособность хасков.

С гетами, кстати, было проще, им, бывало, хватало и тяжелых повреждений корпуса, чтобы отключиться. Ещё искин просветила нас, на кой-хрен на базе включился свет. Оказалось, что местное, весьма агрессивное зверьё, довольно часто устраивало нападения на базу и местные геты прописали в протоколы тревоги включение яркого света, который отпугивал зверей. И когда вместо зверья напали мы, то сработавший протокол безопасности и врубил освещение. Правда, вместо зверей были весьма неплохо вооружённые разумные нескольких рас, результатом чего стало уничтожение базы. После совещания, Найлус утащил меня в БИЦ, где я почти весь день и просидела. К вечеру, мне стало гораздо лучше, и я, после плотного ужина, смогла самостоятельно вернуться к себе в каюту. Где занялась Ли, используя гигиенические салфетки подмыла её и надела новый подгузник. Раны на её теле заживали хорошо, пришедшая позже Сильв, поставила азари капельницу с биораствором. Посидели с подругой, она рассказала мне как дела у Уильямс и Дженкинса. Лерой уже почти здоров и утром выйдет из регенератора, а вот Эш, придётся задержаться ещё как минимум на сутки, а то и двое.

— Вот ведь мальчишка. — Тихо сказала Сильв. — Пожертвовал собой, даже не раздумывая.

— Что ты хочешь Сильви, он ведь в тебя влюблён. Для этого даже эмпатом быть не надо и так всё видно. Только я тебя не совсем понимаю, с Алексеем у вас уже год как всё, а ты всё одна и одна, Снегурочка, что с тобой?

— Ты знаешь, он же меня настолько моложе, мальчишка совсем.

— Сильви, мы по двести лет живём, ну что такое десять лет разницы, тьфу, пустяк.

— Жень, а как же устав? Он же младше меня по званию?

Я только глаза закатила.

— Сестрёнка, ты на Аленко с Уильямс глянь, ребятам это нисколечко не мешает.

— И ты не будешь против?

— У вас же не блядство, а сильные чувства, ты ведь и сама уже к нашему барабанщику неравнодушна, причём сильно неравнодушна. Только вот дурака валяешь, себя, да и парня мучаешь.

— То есть, ты не против? — Спросила она.

— Нет, не против. — Ответила я, глядя как Снегурочка подпёрла рукой щёку и мечтательно уставилась в пространство. — Встреть-ка его завтра из регенератора, да поговори.

— Какая у него улыбка Жень, да и сам он такой славный. — Мурлыкнула подруга.

— Вот и прибери этого славного, пока не поздно. А то смотри, уведут у тебя парня, локти кусать будешь.

Сильв улыбнулась мне и дальше мы просто сидели молча, пока не ввёлся весь биораствор. Тогда Снегурочка забрала систему и ушла в лазарет, а я разделась и, улёгшись рядом с Лиарой, уснула.

Женька (Ферос, ККА Нормандия 15 августа 2383 г.)

Сижу по-турецки на нагретом лучами Тезея здоровенном обломке, рядом, закинув руку за голову, лежит Эшли. По итогам операции на Вермайре, Эш получила медаль «За отвагу» и я своей властью повысила её до старшего мичмана. Так что сейчас на форме Уильямс чёрные погоны с двумя маленькими серебряными звёздочками в ряд.

Ходок, правда, она ещё неважнецкий, сказываются последствия ранения. Но пройти пару километров и поваляться на камне, много сил не требуется. Перед нами на площади Надежды Чжу идёт оживлённое движение, ходят армейцы из службы безопасности, с важным видом передвигаются дипломаты и разные чиновники из многочисленных посольств и представительств. Между ними мелькают светлые уники учёных. Среди этой пёстрой толпы, где-то есть Лиара, я её чувствую, но не вижу. Да и ладно, если что просто поговорим мысленно.