Никогда раньше военные не уничтожались в таком количестве, и даже Дарт Вейдер, проявляющий ранее к провинившимся жестокость, не был так беспощаден и крут на расправу, и уж тем более ни он, ни Палпатин не были склонны к кровавым каннибалистическим оргиям, граничащим с одержимостью и с безумием. Пожалуй, именно появление торжествующего Дарта Акса в дверях лаборатории, утирающего окровавленные губы, больше всего потрясло тех, кому только предстояло начать служить ему, и это стало той самой последней каплей, точащей камень сомнений.

Потому, здраво рассудив, что солдат Вейдер намного лучше мясника Акса, моффы решили воспользоваться его предложением, и делегацию Альянса приняли с уважением.

Дарт Фрес, по-прежнему одетый в форму офицера Альянса, устроившийся в кресле с известным изяществом, положив локти на подлокотники, соединил кончики длинных растопыренных пальцев, словно гипнотизируя собеседника взглядом, и смотрел прямо в глаза Гриусу.

Мофф, нетерпеливо ёрзая на своём сидении, покашливал и совершенно не знал, с чего начать разговор. Больше всего Гриус опасался, что Фрес сейчас начнёт издеваться и посмеиваться над ним в весьма свойственной ему манере. Поговаривали, что своими шуточками он доводил собеседников до бешенства, до пены изо рта, до зубовного скрежета, а потом каким-то невероятным образом укрощал взбешенного человека, доводя его до блаженной эйфории, и тот покорно и с удовольствием съедал то условие и те требования, которые приносил Фрес, из его рук.

Однако сейчас был принципиально иной случай. Все эти манипуляции были бессмысленны — моффы готовы были сожрать любую подачку, и Фресу не был нужды тратить на них свое искусство переговорщика.

— Итак, — поблескивая внимательными серыми глазами, произнес Дарт Фрес, смилостивившись над своим визави, — я очень внимательно слушаю то, что вы хотите предложить Альянсу и Владыке Вейдеру.

— Совет моффов решил принять предложение Владыки Вейдера и присягнуть ему, в том случае, если он возглавит Империю… и Альянс, — не мудрствуя лукаво и без обиняков, прямо, бухнул Гриус. Он слыл человеком прямолинейным, и сейчас он полностью оправдывал свою репутацию.

Фрес, выслушав это, согласно склонил голову. Услышанное не удивило и не шокировало его, он знал, что предложено будет именно это.

— Так, — произнес он, словно прислушиваясь к чему-то, что ухо простого человека было услышать не в состоянии. — А могу я узнать, отчего ваше решение таково? Оно кардинально отличается от того ответа, что мы получили на нашей предыдущей встрече. Император мёртв, но Империя цела. Так отчего вы торопитесь предать нового Императора ещё до того, как он утвердился на троне? Почему Лорд Вейдер? Разве во всей Империи нет больше человека, которому моффы могли бы отдать свою верность?

Мофф шумно, и, как показалось Фресу, с облегчением вздохнул и откинулся на спинку кресла. На его нервном, желчном лице на миг промелькнуло выражение усталости, серой и тяжёлой, но он, промокнув белоснежным платком взмокший лоб, тотчас скрыл её и задал встречный вопрос, прямой и максимально бестактный:

— Вы ели людей, Лорд Фрес?

Брови Фреса удивлённо взлетели вверх, затейливая фигура, сложенная из его длинных тонких артистичных пальцев, распалась.

— Простите? — осторожно переспросил он, недоумевая, и на его тонком лице промелькнуло выражение настороженности.

— Я слышал, что с вашими способностями вы могли бы сделать недурную карьеру инквизитора при дворе, — развязно произнес Гриус. — Вы чувствительны к Силе, это все знают. Вы были придворным убийцей — это тоже известно всем. Вы составили союз с Лордом Вейдером, вы называетесь Лордом Фресом, вы ситх. И я спросил вас: а пробовали ли вы на вкус человеческую плоть?

— Какая странная фантазия! — улыбнулся Фрес. Вопрос моффа был непонятен, и Фрес выглядел очень заинтригованным. — Я предпочитаю убивать быстро и максимально чисто. Все эти варварские ритуалы не для меня.

— О Лорде Вейдере можно сказать то же самое?

Фрес неопределенно помахал рукой, изображая неуверенность.

— Я не слышал ничего подобного о нём, — в его глазах заплясали веселые смешливые искорки, хотя в целом лицо сохраняло серьезное выражение. — Владыка Вейдер солдат, и если он уничтожает противника, то лишь затем, чтобы убить, а не для того, чтобы полакомиться его печенью. К тому же, до определенного момента, у Владыки Вейдера были… г-хм… некоторые затруднения с приёмом пищи.

— Так вот вообразите, — всё так же прямо, ничего не скрывая, продолжил Гриус, — как удивились придворные, когда увидели нашего нового Императора по уши в крови, — изящно вырезанные ноздри Фреса чуть вздрогнули, словно он уловил обонянием тот далёкий запах, — выходящего из медицинского отсека, где хранились клоны Императора. Он рвал их руками; грыз зубами. Пил кровь. С собой у него были контейнеры, в которых…

— Достаточно, — произнёс Фрес, и отвращение исказило его лицо. — Я не знаю, зачем он это сделал, но звучит это тошнотворно. Нет, орден ситхов не практикует ничего подобного. Эта пикантная изюминка — вероятно, всего лишь некая личная причуда вашего нового Императора.