— Ну, наконец-то ты сообразил, Джо! Привет тебе, старина от дядюшки Сэма.

— Мистер МакКорник, рад вас слышать. Ну и напугали вы меня. Но как…

— Позже, Джозеф! Всё объясню потом. Связь неустойчивая, ретранслирующий спутник не так легко было передвинуть в пространстве и скорректировать для синхронизации орбиты со станцией, поэтому я буду краток. Для начала я должен удостовериться, что Ерохин… он подключён к интеркому?

— Нет, он сейчас отключён.

— Хорошо, слушай, ты ведь помнишь о том, что ребята из ЦРУ просили тебя разузнать?

— Да, я кое-что раздобыл о характеристиках и конструкции тех двигателей, но это по большему счёту лишь общая информация.

— Что именно ты нашёл, Джо? Важным для нас будет всё.

— Русские не до конца честны, как выяснилось.

— Что ты имеешь в виду?

Тип корректирующих двигателей, которые установлены на модулях станции, не имеют ионной тяги. В привычном смысле не имеют.

— То есть как? А разве не в этом направлении сейчас работают наши учёные и инженеры.

— Боюсь, русские мастера пускать пыль в глаза, да и в умении сохранять секретность своих технологий им нет равных. Тут всё работает на каком-то другом принципе, очень похоже на холодный термояд, хотя не могу быть уверен на сто процентов. Я пока не выяснил это и теперь вряд ли смогу, но заявленные параметры двигателей явно не соответствуют тем, что описываются в широком доступе для прессы.

— Вот же дела… термоядерный синтез? Но ведь до сих пор во всём мире ведутся лишь сырые наработки в этой области. Чем ты можешь подтвердить свои догадки?

— Очень просто. Когда в последний раз была стыковка с грузовым модулем, они что-то выгружали… в нескольких больших контейнерах.

— Ты думаешь, это было как-то связано с теми двигателями.

— Я не думаю, я знаю. У меня были прослушки в некоторых их отсеках. Русские между собой говорили про какое-то топливо. Речь как раз шла о никелевых стержнях и о металлическом водороде, это может представлять для нас наибольший интерес…

В следующий момент какие-то помехи прочертили экран коммуникатора, после чело изображение потускнело, а голос МакКорника стал гораздо тише.

— Ты пропадаешь, Джо.

— Это всё та тварь шалит. Паутину в коридоре мне не удалось до конца очистить, поэтому кое-где она всё ещё глушит электронику.

— Боюсь, что в нашем случае это просто нестабильный сигнал спутника. Аппарат уходит в тень и скоро связь окончательно пропадёт. Второй сеанс будет невозможно организовать, так что слушай — планы немного меняются.

Даже сквозь рябь монитора и серость помех Стэндфорд заметил как напряглось лицо собеседника.

— Тут для тебя пришла новая установка. Ты должен… в общем, Джозеф, любым способом тебе надо раздобыть образец этого существа.

Стендфорд невольно отшатнулся, чуть не выронив прибор связи, который держал в руке.

— Сэр… я не могу. Это может быть опасно. Смертельно опасно.

— Поверь, мне тоже не нравится эта идея, но касательно твоего дела имеются чёткие инструкции от больших людей в пентагоне. Я уже говорил с президентом на этот счёт. Он так же не разделяет оптимизма и радости, если вдруг образцы этой гадости попадут на Землю. Но ты же знаешь, существует слишком мощное лобби в оборонных кругах и Конгрессе, которое имеет влияние на самые верхние эшелоны власти. Им лучше не перечить, Джо.

— Но как… как военные собираются держать эти образцы под контролем? Они там в своём уме?

— Я… понимаю тебя и твои опасения, Джо.

— Сэр, не просите меня делать этого — по спине астронавта вновь побежали мурашки — Вы просто не видели, на что способна эта тварь. Она может за секунды расправиться с самыми сильными из нас. Это существо умеет размножаться и неизвестно, сколько продержится человечество, если зараза вырвется на свободу. Да, и как я доставлю этот организм на Землю незаметно?

— Просто сделай это Джо, прошу тебя. Я знаю, ты что-нибудь придумаешь. Отыщи среди вещей какой-нибудь небольшой герметичный кейс или колбу.

— Но я…

— Постой, Джо, к нам тут пожаловал кое-кто. Я вижу, как он шагает сюда, чтобы поговорить с тобой. Пока он не подошёл, пожелаю тебе лишь твёрдости духа и попробуй, чёрт… может, ты переубедишь его.

В динамике что-то коротко зашуршало, а затем, несколько секунд спустя, раздался другой голос:

— Эдгар Лаури на связи. Добрый день, мистер Стэндфорд.

Джо поморщился, но коротко и по форме поприветствовал хорошо ему знакомого собеседника. Лаури был помощником директора ЦРУ и имел жуткий, хотя и невероятно твёрдый характер. Почему-то именно с ним чаще всего контактировал Джозеф, когда речь заходила об очередной разведывательной миссии. Но сейчас, в эти минуты, астронавту совсем не хотелось общаться с этим человеком. Он будто знал, о чём предстоит разговор, и потому сразу решил наступать первым.

— Мистер Лаури, вы, вероятно, в курсе нашего разговора с мистером МакКорником? Уверен, это вы попросили его передать приказ…