– Ну что ты маешься, Булат? Что не так? – услышал голос сбоку, и сделал очередную затяжку, решая, как бы отмазаться, да только понимал, Дамир все видит насквозь.

– Наряд мне ее не нравится, Дамир Тимурович, наряд!

– То же самое я сейчас ощущаю по отношению к своей супруге, хотя, у нее наряд куда более скромный. Не рискует, иначе я взорвусь.

– Вы муж, а я переживаю, чтобы гнида никакая не рыпнулась.

– А ну да, я именно это и имел в виду. Ты бросай курить, Лапа не любит сигаретный дым.

– Я знаю.

– Вот как?! Удивил…

– Дамир Тимурович, чего вы от меня хотите?

– Нравишься ты мне, именно такого мужчину вижу возле своей дочери. Ты защитник, опора, и Лика тебе доверяет. Ты думаешь, почему она сидит флиртует там, еще и вульгарно себя ведет?

– Почему?

– Она знает, что ты стоишь здесь и наблюдаешь за ней.

– Откуда?

– Потому что об этом ей сказала я, - услышал голос Лии Александровны и резко обернулся, чтобы убедиться, что это не галлюцинации. И когда эта маленькая женщина все успевает?

– Слава Богу! Спасибо, а то я уже стал думать, чего она выделывается, свое «длинное» платье задрала по выше, чтобы никто не увидел, что под ним!

– Я прям почувствовала, что это был не сарказм, - произнесла женщина, мило улыбаясь своему мужу.

– Лия Александровна, это действительно был сарказм. Если позволите, я поеду домой, больше мне здесь делать нечего, а еще сына забрать надо, - я вдавил окурок в пепельницу, стоящую на маленьком высоком столике у стены, и собрался уже уходить, когда меня остановил голос Байера.

– Малышка, ступай к дочери, а мы немного еще поговорим.

Дамир поцеловал жену в висок, и та, одобрительно кивнув, бросила на меня подозрительный взгляд и тут же исчезла, спускаясь по ступенькам вниз.

– Ты не думай, Булат, я не сватаю тебе свою дочку, по крайней мере не сейчас. У нее такой возраст, что она будет вести себя непредсказуемо, и я переживаю, как и любой отец за своего ребенка, чтобы она не наделала глупостей. Ты ей нужен, как помощь со стороны, но в то же время меня пугает ее реакция на тебя. Это первые чувства, и они могут быть опасны.

– Я ничего подобного не замечал, вы, о чем?

– Скоро сам заметишь, не хочу рассказывать. Просто прошу, будь обходителен, не причиняй боль Ангелике. Если в будущем у вас что-то сложится, я буду рад, но пока ей нет восемнадцати лет, даже не смей к ней прикасаться. Тогда никакое мое уважение тебе не поможет. Яйца молоточком для мяса отобью и не пожалею.

Я поморщился от услышанного, представив эту картину, и тут же хмыкнул, бросая взгляд на веселую девушку, к которой уже вернулась ее мама.

– Я раннее уже говорил, что малолетки меня не интересуют.

– Помню. Но ты не можешь отвечать за свои чувства. Лика для меня маленькая девочка, и даже если она будет тебя умолять, не смей думать, что я не узнаю о случившемся.

– Что, и как бы там ни было, даже не смотря на ваши угрозы, я не коснусь Лики, потому что для меня она пока еще ребенок. А яйца мне и самому нужны.

– Я рад, что мы поняли друг друга.

– Можно было и не говорить мне об этом.

– Я должен был, потому что девочка влюбляется, и кстати, в этом ты сам виноват.

– Это же каким образом, Дамир Тимурович? – хмыкнул, глядя на счастливо улыбающегося мужчину.

– А не хрен было ей с замком помогать, глядишь, и не встретились бы до сих пор.

– Ага, и сидела бы ваша девочка под дверью. Или вообще, ко мне ломиться бы стала, глядишь и двери выбила. Тут не угадаешь.

– Да, парень, судьба штука сложная, но интересная. Может выпьем? Пора расслабиться, а парни покараулят. И да, не переживай ты за сына, он в безопасности.

– Ладно, я только «за», но сначала мне нужно сделать одно дело.

– Ты о чем? – непонимающе спросил Дамир, когда я собрался спуститься вниз.

– Да так, прикрыть кое-что забыл.

Решив больше ничего не объяснять, прекрасно зная, что мужчина и так все увидит, я быстро сбежал вниз по лестнице, собираясь привести в чувства одну расслабленную девчонку. Сорвав скатерть со столика в зоне отдыха, я направился прямиков к Ангелике, которая кажется уже не стесняясь флиртовала с барменом даже при маме. Оказавшись рядом, я, извинившись, сдернул девчонку со стула, и под ее возмущенным взглядом быстро повязал скатерть на талии, прикрывая сексуальные бедра от чужих глаз. Так было гораздо лучше, ведь женщина не должна показывать свои прелести кому попало. А тем более малолетка, не понимающая на что нарывается.