— Это я не для забавы. — Пояснила она нахмурившейся девушке, когда старик удалился. — У него в рукаве ножик был спрятан. Не знаю, хотел ли он нас порезать или просто незаметно вскрыть мой рюкзак и что-нибудь спереть, а может, просто так таскает, чтобы от собак отбиваться, но проверять не хотелось. Вряд ли бы, конечно, у него получилось бы нам навредить, но рисковать не хочется. Нож в пузо — не лучшее окончание дня. А кто гарантирует, что кто-нибудь из дружков тех парней не решит пальнуть из ружья нам в спину? Да даже не из ружья, нам и пары арбалетов хватит.

— Э-э-э… — Испуганно озираясь, Кити невольно придвинулась поближе к Ллойс.

— Вот, — наставительно подняла палец Элеум. — Никто не знает, что с ним может случиться в следующую секунду. Поэтому и рефлексировать не стоит. Чему быть, тому не миновать.

— Ты гофориф о фудьбе? — Задумчиво почесав макушку, Кити, моргнув, пристально посмотрела на наемницу. — Думаеф, фсё уфе рефено? Думаеф Бог…

— Бог… — Криво усмехнувшись, Ллойс прикурила очередную сигарету, достав из поясной сумки уже знакомый девушке контейнер с красными капсулами, принялась ловко подбрасывать его в воздух, ловя то правой, то левой рукой. — Какой именно? В Сломанных Холмах верят в Великого Духа, породившего настоящих людей. На Севере — в Красного Норриса. На востоке — в Распятого. Желтые монахи говорят, что Вселенную сотворил Всеживотворящий Атом. На побережье Светящегося моря, моей родине, вообще десяток разных Богов. Самое смешное, большинство святош не устают повторять, что надо стать добрыми и милосердными, но это не мешает ни им, ни их пастве творить разные мерзости. Я не особо верю в Богов, Кити. Я верю в судьбу. Понимаешь… — На секунду задумавшись, Элеум в очередной раз подкинула чуть слышно зашуршавший содержимым контейнер и, поймав его тыльной стороной ладони, закрутила между пальцами. — Мы — как рыба…

— Рыфа? — Кити недоуменно моргнула.

— Ага. — Кивнула наемница. — Рыба живет в реке. Она может плыть куда угодно, делать что угодно, но, в конце концов, либо её добьют растворенные в воде токсины, либо её поймают, либо её сожрет другая рыбешка, покрупнее. Рыбе не отрастить крылья и лапы. Рыбе никогда не уйти из реки, и никогда не понять, куда и откуда она течет, понимаешь? Это судьба. Рок. Фатум. Вот во что я верю. И пока что, моя вера не дала мне ни одного повода в ней усомниться.

— Мрафьно. — Покачала головой девушка. — И обифно. Но… Зофик. Зофика ты тофе нафвала рыбой, а он по фуши бефает.

— Говорят, исключение подтверждает правило… — Убрав в карман таблетки, Элеум широким жестом указала на простирающиеся вокруг трущобы. — Неприятное место, согласись. Но на самом деле, ничем не лучше и не хуже других. А если кто-то думает, что успеет подстрелить меня первым, — неожиданно возвысившийся голос наемницы налился угрозой, — то он дико ошибается и скоро испытает, что такое локоть стали в заднице!

Одна из палаток в конце улицы еле заметно качнулась. Раздался звук быстро удаляющихся шагов.

— Никак не успокоятся, — покачала головой Элеум. — И почему Финк терпит это отребье? Будь я на его месте, давно бы выжгла тут все, к хренам…

— Мофет, профто пойдем быфтрей? — Робко поинтересовалась Кити.

— Тогда они решат, что мы их боимся, — покачала головой наемница. — Сейчас вокруг их штук двадцать крутится. Как шакалы. Не решаются напасть. Ждут, кто сделает это первым. Но если побежим, точно бросятся.

— Я дейфвительно боюфь. — Буркнула девушка. И догнав чуть ушедшую вперед Элеум, подхватила ее под локоть.

— Ну и зря… — Сплюнув под ноги, наемница огладила рукоять висящего на поясе вибромеча и тяжело вздохнула. — Страх должен быть к месту…

— Ифвини, — понурилась Кити… — Профто… Мне кафетфя, они… Они наф не профто уфить или ографить хофят…

— Тут ты вряд ли ошибаешься. Месть — дело такое. — Пожала плечами Ллойс. — У этих парней, наверняка ведь, были здесь друзья, родственники, возможно, даже семьи. И все они очень-очень на нас злы. И ни ты, ни я даже представить не можем, какие гадости они нам приготовили. Таким образом, мы возвращаемся к первоначальной теме. Ты не можешь предсказать будущее, но ты его боишься. Это неправильно. Да — неизвестность пугает, но, если ты не можешь ничего изменить… Например, мы не знаем, что задумали идущие за нами уроды. Или, когда сюда придут осенние радиоактивные бури… Или… — Наемница на мгновенье сбилась с шага. На ее лице на мгновение возникло обеспокоенное выражение. — Даже, где мы сегодня будем ночевать…

— Пофему? — Удивилась девушка. — В смыфле, нофевать…

— Потому что, я дура, кисонька. — Скрипнула зубами Элеум и, крепко подхватив Кити под локоть, потащила ее за собой. — Обыкновенная болтливая клуша. Решила изобразить из себя крутую и научить жизни малолетку… Быстрей, сладенькая. — Пропыхтела она, ускоряя шаг, — быстрей, если не хочешь остаться здесь до утра.

— Но… — Непонимающе захлопала глазами с трудом поспевающая за наемницей девушка. — Ты фе фама гофорила, есфи побефим…

— К черту! Ворота! Солнце почти село! — Не слишком ясно пояснила Ллойс и, усилив хватку, перешла с быстрого шага на рысь. — Быстрее!

****

Ларго Дживс, по прозвищу Веревка, тяжело вздохнул и зло сплюнул под ноги. День не задался с самого утра. С того момента, когда он, встав с постели, обнаружил, что совершенно забыл, куда делись его штаны и половина жалования. Голова трещала, во рту стоял кисловато-медный привкус, а живот болел так, будто по нему прошло целое стадо винторогов. Хуже всего, что несмотря на все признаки вчерашнего загула, Ларго четко помнил, что сегодня его очередь патрулировать ворота.