Шрифт:
Когда на табло под потолком загорелся индекс стартового жетона и короткий, резкий зуммер заглушил голоса, очередной доставщик, на мгновение задержавшись перед зеркалом, отправился на космодром, захватив с пункта комплектования своего робота, нашпигованного компактами.
5
После полудня комната отдыха почти опустела.
Антон покормил рыбок, вышел следом за доставщиком первого класса и, держа солидную дистанцию, сопровождал его до пункта комплектования, а потом и до космодрома. Доставщик важно вышагивал за крупногабаритным роботом с двумя мигалками и хромированным панцирем. Подкидывал на ладони стартовый жетон.
Постояв перед турникетом, Антон через аварийный туннель пробрался в резервный парк. Его почтарь с обновленным покрытием сиротливо торчал посередине вибрационного круга.
Надо бы для поддержания формы потренироваться...
Антон огляделся и забрался на корабль. Переодевшись в полетный комбинезон, занял место перед пультом. Запросил информатор о погоде на планетах старого маршрута, проверил автопилот, составил компьютерный график по гравитационной адаптации в рейсе. Вздремнул, принял горячий душ и выбрал новый, еще не надеванный мундир.
6
На душе полегчало. Надо повторно зайти к психологу, покаяться... Сказать, что осознал нужность компактов... Как ловко он спровоцировал...
Антон повернул за угол и столкнулся с Ряхой.
– С маршрута, бродяга?
– Антон поправил Ряхе безукоризненный аксельбант.
– Само собой.
– Как поживает Бета?
– Нормально.
– Нюхачами полюбовался?
– Я же тебе сколько раз объяснял: Оазис закрыт даже для сотрудников Станции.
– Чем новеньким порадовал тебя Пятак?
– Кто?
– Ну, специалист по удавам.
– Медяк, запомни, - Медяк. Единственно интересная личность на Станции.
– Пойдем сегодня вечером в старое кафе?
– С удовольствием, только не сегодня.
– Свидание?
– Угадал.
– Где ты ее подцепил?
– Я тебя звал прошлый вторник встретить экспедицию с Гаммы-Сапиенс?
– Цивилизологи - твоя слабость.
– Ну вот, засек я среди вернувшихся очаровательную бабенцию. Кручусь около нее и не знаю, как состыковаться, - и тут выясняется потрясающий факт. Оказывается, она до Гаммы работала на Бете. Первая и единственная женщина, побывавшая на Станции. Тогда я смело подкатываю и тонко намекаю о малой дуге. Скользом коснулся Беты, и Елена Владимировна растаяла.
– А у меня при знакомстве язык отнимается - ни бе, ни ме, ни кукареку.
– Заскочим в диспетчерскую? Перед посадкой получил срочный вызов... Чую, Кардаш - начальник Станции - накапал. Я пытался гравилетчика ихнего подбить на экскурсию в Оазис...
7
Антон еще от дверей заметил в своей ячейке жетон и пенал с маршруткой.
Оператор с Рудной оказался прав...
– Поздравляю с новым назначением, - Ряха проследовал мимо, на центральный диспетчерский пост.
Антон привычно спрятал стартовый жетон в нагрудный карман и повернул пенал к себе титульной тисненой крышкой.
Невероятно... Малая дуга... Удружил психолог... А Ряха как...
– Блистательная рокировка!
– Ряха вышел из-за стеллажа.
– Кардаш, точно, успел насплетничать... Ты держи с ним ухо востро... Глянь, кстати, есть ли заход на Бету?
– Забудь про экзотику и готовься трудиться в поте лица, особенно на Рудной, - Антон открыл пенал, выдернул маршрутник.
– На малой дуге я задерживаться не намерен... Большой Угол, Галитакс, Бета-Сапиенс - один компакт... Умора!
– Не вовремя с Бетой разлучили, не вовремя.
– Нашел о чем жалеть.
– Не успел занятное дело раскопать до конца. Придется, наверное, тебе передоверить. Роковая тайна Оазиса.
– Ну зачем ты в доставщики подался? В тебе же прирожденный цивилизолог пропадает.
– Медяк...
– Ряха оглянулся и отвел Антона в дальний угол.
– Послушай. Медяк рассказывал мне о Глазе Орфея. Чудесный камень, в котором скрыто бессмертие Оазиса. А вся жуть в том, что Елена Владимировна...
– Женщина с Гаммы?
– Она самая... имеет непосредственное отношение к Глазу Орфея. Вернее, этот камень послужил поводом для ее переброски на Гамму. Медяк раскололся, узнав о нашем намечающемся романе. Понимаешь, Елена Владимировна была влюблена в Главного наблюдателя Станции, и он отвечал ей взаимностью, а Кардаш начальничек строгих правил - втюрился в Елену Владимировну, и ему даже близко не светило. Вдруг Главный отыскивает в Оазисе, после очередной революционной свары нюхачей, камень...
– Ты же уверял - Оазис закрыт?
– Попробуй утерпи, когда под боком райское место. Главный наведывался туда с молчаливого согласия Кардаша.
– А Кардаш получал возможность беспрепятственно ухаживать за приглянувшейся дамой.
– Так вот, Главного однажды осенило. Он предположил запрограммированность семилетнего цикла обновления. Сидят нюхачи на Орхидеях, сидят, а потом. в строго определенный срок, подчиняясь зову крови, начинают массовую драку. Главный и засек в конце последнего бунта источник возбуждения - Глаз Орфея. Вокруг одного нюхача собрались тихони и лентяи и, сплотившись в яростные отряды, бросались на штурм Орхидей. Волна сменяла волну. Длилось это, пока со всех Орхидей не поскидывали стариков. А недоросток, возбуждавший других на борьбу и подвиги, упал и зарылся в кучу листьев. Главный наблюдатель, не будь дурак, раскопал вождя и в его мертвой руке обнаружил камень.