— Я был здесь в прошлом месяце.

— Ну, я и говорю, так давно, — подмигивает она.

— Я всегда возвращаюсь к тебе, Марси, — улыбаюсь я, пока она открывает для нас дверь.

По выходным казино становится довольно горячим местом, о чем большинство людей Вегаса даже не догадываются. Это первое место, о котором вспоминают более-менее узнаваемые люди Голливуда. Смокинги, облегающие платья и достаточно денег, чтобы обанкротить эту маленькую страну. Что касается меня, я люблю приходить сюда среди недели. Имена не менее знаменитые, но атмосфера иная. Если есть место, где поговорка «что происходит в Вегасе, остается в Вегасе» верна, то это как раз то самое место. Я видел, как оскароносные победители опрокидывали столы после неудачной игры, как рыцари королевства вступали в кулачные бои, и слышал истории, которые заставили бы ваши пальцы скручиваться — да я и сам участвовал во многих из них.

Когда мы входим, головы поворачиваются в нашу сторону, и почти все улыбаются и машут рукой.

— Дилан! — кричит Дэнни, медведь среди актеров, который делает по три комедии в год. — Ни фига себе!

Он толкает парня рядом с собой, мускулистую звезду боевиков, который выглядит так, будто он всегда на грани убийства.

— Вау! Ночь становится куда интересней!

Я положил руку на спину Джемме и направил ее внутрь комнаты, где обменялся рукопожатиями с Дэнни и боксером.

— Как дела, приятель?

— Отлично, — отвечаю я, пока мы вчетвером направляемся к бару.

Женщина в платье с обнаженной спиной поворачивается к нам на своем барном стуле. Я узнаю ее, это Элисон — что-то вроде тех певиц-актрис с зелеными глазами, которые заставляют вас смотреть на обложки журналов, на которых она постоянно, как мне кажется.

— Это правда? — спрашивает она с хрипотцой в голосе, покручивая оливку вокруг стакана.

— Что правда?

— Что ты будешь в фильме Кристофера Уэста?

Тишина окутывает меня, словно облако, складывается ощущение, что в этот момент затихло все, и не только люди.

Я засмеялся и поднял руки.

— Да, грешен.

Возбужденные крики и счастливые вздохи зазвучали вокруг меня, и я ощутил множественные шлепки по своей спине. Гудёж и болтовня стали сливаться в единую волну позитивного энтузиазма.

— Налейте этому парню! Он собирается в космос!

— Я знал это!

— Я всегда знал, что ты вернешься, приятель!

— Черт! Если уж Дилан снимется в фильме Кристофера Уэста, то может произойти все! Дайте ему виски от меня, я хочу, чтобы он меня запомнил!

Я ищу глазами Джемму, но все, что я успеваю увидеть — это вспышку ее голубых глаз, прежде чем толпа обступила меня.

Легко понять, почему Дилан так популярен, когда он в своей стихии. Он выделяется, как маяк, как центробежная сила, вокруг которой все вращаются. Он забавный, обаятельный, неприхотливый, все окружающие его словно попадают под чары его мерцающих глаз и бархатного голоса.

Дилан не забыл обо мне, он представил меня стольким людям, что у меня сложилось ощущение, что я увидела больше звезд, чем на красной дорожке. Но всех волновала новость о «большом возвращении Дилана», каждый хотел выпить с ним, поговорить, и меня выпихнули на периферию.

Я решила побаловать себя вином, наблюдая, как Дилан тянется к рулетке. Он находился рядом с высокой супермоделью, с которой у него явна была какая-то история. Стали появляться более известные лица, и вечеринка начала перерастать в нечто большее. Это уже определенно вечеринка, а не «просто выпьем и поиграем». Хриплый смех и крики раздаются со всех сторон от звезд, привыкших перетягивать на себя центр внимания. Над всеми ними отчетливо слышится Дилан, мастерски дирижирующий всей этой толпой. Люди ловят каждое его слово, каждый жест, следуя за ним, словно он пророк.

— Повторить? — слышится голос из-за барной стойки. Я поворачиваюсь к бармену, достаточно красивому, чтобы стать кинозвездой и улыбаюсь, прежде чем взглянуть на часы.

— Черт. Сейчас серьезно час ночи?

Бармен кивает в сторону часов над баром рядом с табличкой "Не фотографировать". Час ночи.

— Вы куда-то спешите? — спрашивает он, натирая барную стойку, скорее всего для того, чтобы и казино выглядело таким же чистым и дорогим, как съемочная площадка.

— В кровать. Как и Дилан.

Бармен бросает беглый взгляд в сторону Дилана, и почти в ту же секунду раздается громкий взрыв смеха, сопровождаемый ударом фишек, что, вероятно, означало выигрыш.

— Вы пришли с ним, верно?

— Да, — вздыхаю я, — я его помощница. Я должна держать его в узде. Следить, чтобы он не делал… ну… то, что он делает сейчас.

Бармен шумно втягивает воздух.

— Удачи в попытке оторвать его от столов. Если он только начнет…

— Я знаю. Я прекрасно понимаю, как трудно держать его сосредоточенным.