Денис даже не шелохнулся.

Не дождавшись от него действий, Пифагор терпеливо дополнил сказанное:

– На твоём правом запястье есть наша метка («Да что вы?!» – хотелось бы съязвить Денису). И эта метка состоит из двух частей: цифры «один» и знака «плюс». С цифрой всё понятно, «один» означает роль в команде, а вот про знак плюса ты никогда не интересовался. – Пифагор умолк.

И молчал до тех пор, пока Денис не спросил послушно, но без желания узнать ответ:

– И что означает знак плюса на моём запястье?

– Он означает, что ты выбран для работы на положительной стороне оси координат. Все легионеры имеют знак «плюс». Но, как математик, ты прекрасно должен осознавать, что у оси равновесия есть и отрицательная сторона. Она совершенно иная. Хотя, как и положительная, находится в этом же измерении. Только в определённых точках Земли. Они… – Пифагор махнул рукой куда-то в цветущие кусты сирени и рябины, – они хранятся в секрете.

Опять умолк. Чёртов старик! Издеваешься? Сказал «А», так говори «Б».

– И где же они находятся? – не в силах бороться с любопытством, поинтересовался Денис.

– Узнаешь, – как-то слишком зловеще пообещал Пифагор. – Основных отличий отрицательной стороны всего два. Первое – истинное лицо её обитателей ты сможешь увидеть лишь ночью. Второе – её обитатели… э-э-э… аморфные.

Денис не сдержал смешка. Аморфные. Тестообразные, что ли?

– Не совсем тестообразные, – нахмурился Пифагор (неужели он всё же умеет читать мысли?). – Когда на правом запястье у избранного на отрицательную сторону человека появляется знак «минус», то структура его клеток постепенно меняется. Происходит дезорганизация тела, поэтому мы и называем такие существа аморфами, хотя внешне они не меняются, появляется лишь слизь. Ещё их объединяет жажда войны, жажда разрушения. Они не могут контролировать порывы нарушить гармоничное течение жизни. И не только своей, но и окружающих людей. Они громят, крушат, провоцируют скандалы и склоки, кричат. Многих из них отправляют в больницы, но врачи лишь разводят руками. И, в конце концов, доходит до того, что аморфы пачкают руки кровью. Убивают живых существ. Начинают обычно с животных, а заканчивают…

– …людьми? – высказал чудовищную догадку Денис.

– Увы, – кивнул старик. – А ещё они не спят по ночам, но бессонница их не беспокоит, днём они выглядят вполне обычными людьми.

Денис скривил гримасу отвращения.

– И зачем они нужны? Вы не думаете, что это лишнее – создавать таких… тварей?

Пифагор пожал плечом.

– Система порождает их сама. Для равновесия оси. Когда на положительной стороне появляется легионер, на отрицательной стороне рождается аморф. Но принципиальное отличие в том, что легионера избирают тщательно, взвешивая «за» и «против», анализируя параметры и вычисляя необходимость. Аморф же появляется бессистемно, случайным образом. Кому-то просто не везёт.

Денис шмыгнул носом. Ничего себе: не везёт. У кого-то безо всякой на то причины ломается судьба, а Пифагор называет это случайным невезением. Так, просто соринка в глаз попала.

– Если на положительной стороне гибнет легионер, то гибнет и аморф. И наоборот, – помолчав, продолжил свой рассказ Пифагор. – Встреча аморфа и легионера, связанных осью, – редкое и неприятное событие. Обычно оно заканчивается конфликтом. Координаторы не могут на это влиять, поэтому стараются не пускать легионеров на отрицательную сторону. Увы, аморфов в этом плане никто не контролирует.

– И что, я могу встретить своего аморфа в любую минуту, да?

– Теоретически, да. Если вы знаете, где искать. Но вы пока не знаете. И ещё. Так как аморфы – существа неконтролируемые, не поддающиеся анализу, то и уравнения с их участием мы составить не можем. Слишком опасно возлагать равенство на того, кого невозможно предсказать. И проконтролировать – тоже. Это даже не сбои (сбои можно объяснить), это – неясность, неопределённость, подрывающие само понятие рациональности.

– Зачем вы мне всё это рассказываете? – напрягся Денис: ясно ведь, что не просто так.

– Назревает буря, – третий раз повторил Пифагор. – Система находится в состоянии перезагрузки.

«Я в курсе. Снова повторяетесь», – мысленно вставил Денис.

Старик медленно кивнул и сказал:

– Если мы ничего не предпримем, нам грозит серьёзный крен оси на отрицательную сторону. Дело в том, что мы распустили легионы, но они продолжают существовать физически, соответственно и их аморфы продолжают существовать. А при наборе новых легионеров количество аморфов увеличится вдвое. Для равновесия мы могли бы просто-напросто умертвить освобождённых легионеров, тем самым быстро решив проблему, но Сампи уже согласилась оставить всех в живых и дала клятву Длани правды. Поэтому остался единственный вариант – уничтожить лишних аморфов особым способом.

– И вы меня об этом просите? – вот тут Денис нашёл в себе силы вскочить со скамейки и даже повысить голос: – Я не собираюсь убивать людей, даже если по ночам они не спят и пытаются разрушить мир!

Запищал погрузчик, почти в унисон с выкриком Дениса.

Пифагор покачал головой и выставил руку.

– Не кричи, нумерат. Зачем поднимать шум и привлекать внимание? Мы не просим тебя никого убивать. Мы просим тебя совсем о другом. Нам стало известно, что кто-то охотится за аморфами, но не уничтожает их, а собирает. Причём давно собирает. Несколько лет. Сампи подозревает Консула, который сбежал из системы четыре года назад. Из-за перезагрузки у нашего тайного врага появился серьёзный шанс накренить ось. Найди нам того, кто занимается сбором аморфов для Консула. Мы просим тебя только об этом.