Именно в этот момент старая дверь скрипнула, и стражники с факелами застыли, видя принцессу, дрожавшую, с исцарапанными плечами, прикрывающую обнаженное тело каким-то жалким меховым одеянием, не подходящим ей по статусу.

– Он ушел туда, - дрогнувшим голосом сказала принцесса, указывая в сторону стражников, словно Эеншард мог незаметно проскочить у них под носом и скрыться в метели.

Она просто отвечала на незаданный вопрос.

12

Ленкара лежала на кровати и молча смотрела в стену. Казалось, она ничего не замечала, но в действительности внимательно слушала тихие голоса, надеясь узнать хоть что-то о поисках Эеншарда, но словно специально о нем никто не говорил.

– Что можно сделать для нее?
– спрашивал Леклот тихо.

– Дайте ей время, - прошептал лекарь, которого специально привезли из долины.

– Но она не встает с постели уже неделю, - простонал король отчаянно.

Ему уже было не до приличий, он действительно начинал думать, что просто потерял дочь.

– Главное, что она не отказывается от пищи, - отвечал лекарь.
– Тело ее здорово, но дух явно сломлен.

– Я убью его, - сдавленно рыкнул Леклот.
– Просто убью.

– Мой добрый друг, он за все заплатит, не волнуйтесь. Главное другое, - король замолчал, а после недолгого молчания заговорил так тихо, что принцесса не смогла ничего разобрать.

Гости ее покоев какое-то время едва слышно переговаривались, затем к ее постели подошел Леклот. Опустившись на одно колено, он коснулся ласково ее руки.

– Ваше Высочество, - начал он.
– Вы не хотите поговорить со мной перед моим отъездом?

Ленкара посмотрела на мужчину и тут же просто закрыла глаза.

Адмирал неспешно встал и произнес, словно ни к кому не обращаясь:

– Как бы ни был страшен позор, павший на вашу голову, я готов разделить его с вами, если только вы мне это позвоните.

Ленкара, не открывая глаз, отвернулась. Леклот решил считать это ответом и просто отступил, уходя. Он был уверен, что все случившееся - его вина. Он должен был убить Эштарца в своем саду.

Ленкара же продолжала молиться, чтобы эштарец смог благополучно вернуть на родину.

Еще никогда прежде Эеншарду так не везло. Выехав в метель из города, он не заблудился, хотя с трудом ориентировался средь снежной завесы. Ветер прорывался в каждый шов его одежды, но ничем, кроме холода, не угрожал, заметая за принцем следы.

Добравшись до ущелья Акванора, Эеншард быстро преодолел его и окончательно оторвался от погони, чудом избежав лавины. Снежные комья, сорвавшись с каменного склона, просвистели за его спиной и полностью закрыли дорогу в ущелье. Эеншард обернулся, вздрогнув от неожиданного зловещего шума, но, находясь на снежной равнине, под чистым синим небом, ощутил только сильный порыв ветра, ударивший ему в лицо. Сойди лавина на четверть часа раньше, и он исчез бы навсегда в снегу, а так он только выругался, поминая в едином потоке и безумную судьбу, и Снежного бога, и направился к побережью.

В порту ему повезло еще больше. На якоре стоял пиратский корабль, капитана которого Эеншард знал лично. Камер Лео-Шень, уроженец Суна, для всех был просто торговцем, перевозившим разные товары с одного конца света в другой, но для эштарского принца сын рабыни из Суна, был всего лишь очередным работорговцем, жадным до денег, потому Эеншард без лишних слов положил перед мужчиной увесистый кошелек и сказал:

– Мне срочно нужно в Эштар.

Камер присвистнул, достал одну из авелонских золотых монет, попробовал ее зубами, вернул на место и спросил:

– А почему золото местное?

– Тебе любое сойдет.

– Это да, но профиль вашего отца смотрится на монете лучше, нежели северный олень.

– Герб Клен Дерва на монете смотрится лучше профиля Его Величества, но ты будешь болтать или сниматься с якоря?

– Может, присядете, выпьем, поговорим, поторгуемся...

Эеншард молча забрал кошелек со стола, но пират тут же схватил его за руку.

– Я все понял, - сказал он.
– Срочно значит срочно, дайте мне пять минут, чтобы протрезветь, и через час мы будем далеко от берега.

– Когда выполнишь обещанное, тогда и деньги получишь, - сказал Эеншард и вышел из кабака.

Его сложно было не замечать, рыцари искали эштарского принца, богатого и гигантского, громко ругались и обыскивали каждый трактир, но на настоящего эштарца внимания не обращали. Со щетиной на щеках, сутулясь и прячась в грязную простую одежду Эеншард спокойно сел в шлюпку и, не поднимая головы, оказался на судне Лео-Шеня, что действительно снялось с якоря и взяло курс на юг, как и планировал его хозяин. Да, отъезд Камера был внезапным, но Эеншард знал, что торговец всегда отличался спонтанными решениями, и смотритель порта не был удивлен неожиданному отправлению. Все сложилось слишком удачно, но, стоя на борту корабля, Эеншард думал лишь о том, что далеко не скоро вновь увидит свою нареченную. Жалел он только об одном: что она была права, и останься он сейчас с ней, его бы убили рано или поздно, так или иначе. Смерти он не боялся, но теперь ценил свою жизнь. Потому, глядя на море, он принял много решений, и в Эшхарат прибыл уже не тот человек, что покинул его недавно.