– А ты не настолько идеален, как я думала.

– И что же меня выдало?

– Пицца и суп.

– Хм… Пицца и суп. Нормальный джентльменский набор, учитывая, что я редко ем дома.

– У идеального мужчины в холодильнике не должно быть ничего подобного.

Том вопросительно поднял бровь.

– А что, по твоему мнению, должно быть в холодильнике у идеального мужчины?

– Ну, в идеале, у идеального мужчины не должно быть холодильника. А если бы и есть, там только вино, сыр и пара охлаждённых бокалов в морозилке.

– Кое-кто насмотрелся фильмов про жиголо. Хотя, бокалы в морозилке – интересная мысль.

– В любом случае, готовить я люблю, и если мы будем оставаться дома вечерами, то эту гадость есть уж точно не будем!

– Не хочу, чтобы это стало для тебя чем-то обязательным, милая, но я совершенно не возражаю ужинать дома.

– Мне это будет в радость.

С каждым днём я всё больше и больше в него влюблялась. Том был моим первым и единственным мужчиной, и иногда мне казалось, что я перебарщиваю, что нельзя так сильно сосредотачиваться на ком-то. Жаль, что я ни с кем не могла об этом поговорить. Никогда ни перед кем я не раскрывала душу, близких подруг у меня не было, а с мамой на такие темы, полагаю, не говорят. Была ещё Джулия, но вряд ли она сказала бы что-либо вразумительное, узнай, с кем я встречаюсь.

Не знаю: мне казалось абсолютной глупостью, если сейчас я, к примеру, возьму телефон, наберу номер мамы или Николаса и скажу: «Эй, привет, это я, Викки. Знаете, мы с Томом теперь вместе. Вот». Похоже, что и Том считал так же, потому что к концу апреля, когда мои родственники должны были приехать на вручение диплома, они всё так же пребывали в абсолютном неведении касательно природы наших отношений.

Том собирался идти на церемонию, а я, будучи безумно счастлива любому проявлению его внимания, пребывала в неуверенности относительно неизбежности объяснения с родными. Они знали, что мы с Томом потерялись в большом городе, и его присутствие на моем выпускном вызвало бы массу вопросов. Хотя, положив руку на сердце, это был великолепный способ расставить все точки над «и». Но тут возникал третий вопрос: а что такое – эти пресловутые «точки». Да, мы только начали встречаться, да, нам хорошо в постели, да, мы почти живём вместе, и в его квартире моих вещей гораздо больше, чем в моей, но для «расставления» эти самые «точки» выглядят как-то несущественно. Недостаточно окончательно…

Мама позвонила за неделю до вручения дипломов, и сообщила, что они с папой не приедут.

– Детка, у меня назначена сложная операция, и как бы я не пыталась её перенести... Ну, ты же понимаешь…

Я была дочерью врача, и, да - я понимала.

– А папа?

– У папы объявлены очередные учения. Он не стал тебе говорить, думал, что сможет разобраться с этим в срок. Не получилось. Мне так жаль, малышка.

Новость меня действительно огорчила. Я не видела родных почти что год, и безумно по ним скучала. Но мама была расстроена ещё больше.

– Обещай, что прилетишь хотя бы на недельку. Отдохнёшь, наберёшься сил, а потом уже решишь, что делать дальше.

– Ладно, мам. Всё равно, это не продлится более часа.

– Обязательно сделай фотографии.

– Окей. Сделаю.

Конечно, не будь рядом Тома, было бы совсем плохо. Я не большой любитель всех этих обязательных сборищ, и, была бы рада совсем не ходить, но Том об этом даже слушать не захотел. На завтра он взял выходной, и вечер накануне вручения дипломов мы провели у меня.

Церемония была назначена на десять утра, будильник заведён на восемь, но звонок в дверь разбудил нас в шесть.

– Какого черта? – простонал Том, накрываясь одеялом. Конечно, мы не всю ночь спали, предпочтя провести время более интересным способом, но сейчас было уж очень рано.
– Не вставай. Пусть катятся к дьяволу.

Но неугомонный посетитель к черту катиться не хотел и настойчиво терзал звонок.

Посылая проклятия на чью-то нерадивую голову, я слезла с кровати, и, схватив из кучи одежды на полу рубашку Тома, поплелась в коридор.

Глава 7

Открыв дверь, я взвизгнула от радости:

– Николас!

– Привет, кнопка! – Брат немедленно сграбастал меня в свои медвежьи объятия.
– Ну, и горазда же ты спать! Я чуть все пальцы не стёр.

– Как ты здесь оказался? – смеялась я.

– Обыкновенно. Прилетел ночным рейсом.

– Один? А Джулия где?

– Дома с девочками. Как узнала, что предки кинули тебя с дипломом, начала давить на братскую совесть. Ты же знаешь, как Джулз может давить? В общем, я приехал тебя поддержать.

– Ох, какой же ты молодец!

Я действительно была рада видеть Николаса, и, позабыв про всё и всех, с удовольствием повисла на брате.

– И я рад, кнопка. Ну, всё, всё, отпусти. Совсем задушишь!

– Ой, прости. Я ужасно по тебе соскучилась. Давай, заходи.

– Ну, и кто тут у нас такой нетерпеливый?

Голос Тома вернул нас к действительности.

Меня бросило в жар. Ник застыл в дверях. Готова поклясться, никогда не видела на лице брата такого идиотского выражения. Не сразу до него дошло, что взлохмаченный парень, в одних трусах вышедший из моей спальни, никто иной, как его лучший друг.