– Спасибо вам, – с благодарностью принял я повязку, одев её на голову. Волосы, что я отрастил до плеч, расправились сами собой.

Миша вновь закашлял.

Глава 9

Отступление 5

– Наш пострел везде поспел – в медные пояса метит? – заметил тысячник.

– Похоже... – протянул его помощник, пригубив коньячку. – Прав пояс купеческий даёт немало: можно купить землицу у родов не в аренду, а в собственность или обратиться напрямую к наместнику Императора в регионе. И куча других, крайне полезных поблажек. Не благородный, но близко. Когда там четвёртый ранг? А поясок – вот он!

– Ни думал никогда о таком. Торговать? Неее... С мечом сподручней, – погладил он рукоять с любовью.

– Напомнить тебе времена, когда мы кашей питались без масла? Это сейчас о-го-го!

– Не надо. Я помню, – обратил взор в окно глава гарнизона, что и сам когда – то окончил училище и голодовал в интернате.

– Лови ГАДА!!! Держи, держи – загоняй. – Визжали полуголые девчонки. – Зажали они меня в угол! Ух! Что происходит? Сейчас всё объясню! – Не уйдёшь! – чуть не схватила меня самая быстроногая. На китаяночку похожа.

Нарвал я понимаешь веников: берёзка и можжевельник и пошёл в баню. Всегда мечтал попариться! Столько слышал об этом, но сам никогда не был. Говорят, там заново рождаешься! Словно крылья отрастают. Ни в интернате, ни в училище – это не практиковалось. Как это? Дать грязи выйти самой – с потом, а не бултыхаться в ванне! Не положено! А хотелось... Мечты сбываются! Да, сбываются...

В прошлой жизни – же здоровье не позволяло... На даче лишь грядки копал, бабушке помогая, да дрова рубил. А сорняки! Бог – прокляни того кто придумал садовые товарищества!!!

Нашёл, понимаешь, на территории части сруб, иду такой весёлый, отмахиваюсь от комаров, не обращая внимания на надписи. Была же! Была большая буква ‘Ж’!!! Как я проморгал?! Что за тупой дикарь? Говори – ли ведь воспитатели в детстве – смотри по сторонам Хан. Не зевай. Вечно я на экскурсиях забредал не туда, что не удивительно. Память о прошлом проснулась и всё стало по-другому. Везде свой длинный нос совал, поначалу.

Захожу, я значит в предбанник, разделся догола и кваску хватанул.

– Хорошо пошло, – стёр я тыльной стороной ладони усы. После, хватанув ещё раз.

– Ещё лучше! – Совсем я спятил, выхлебав полтора литра.

Нет бы, обратить внимание на обилие женских тряпок, кружева. Нет! Попёрся в парилочку – голяком! Отпираю дверь, а там: ведьмачки наши, шлёпают друг – дружку по попкам, играются – лани длинноногие. И хихикают! Ммм... А на загорелом теле выделяются беленькие треугольники (в трусиках загорали, подметил я). Глаз не отвести! Черноокая, как повернётся посмотреть сквозь пар, кто это зашёл? И тут:

– АААааааа...ааа... – Визги! Крики! Вопли! – Я одежду хвать и на выход. Пятки мои так и сверкали! Вот и бегаю теперь голышом, перед солдатами на плацу, а девки за мной! И когда только одеться успели? У них же сто одёжек?

– Так мужики! – Удалось мне скрыться от разгневанных фурий. – Всё к походу готово? – запыхаясь, спросил я

– Да, собрались. – Кивнул на вещмешки Святополк. – Хоть сейчас выступай.

– Отлично. Я передумал. Идём немедля!!! – Подскочил я к окну, отодвинув занавеску и посматривая на улицу глазком.

– Гостомысла ещё нет. В чепок за сигаретами побежал, – уточнил он информацию.

– Догонит, – отрезал я.

Тут заскакивает потеряшка и выдаёт:

– Там девушки такие, – изобразил он гитару руками. Очень крутую гитару! Электрическую! – Ищут нашу казарму. В платьях цветастых в обтяжку! Прямо на сырое тело одели, всё просвечивает! – закончил он в восхищении, облизываясь. И жамкая в воздухе руками, будто шары сжимал.

– Вперёд! – Повёл я отряд на разведку, посекундно, оглядываясь. – Ко мне на ферму заскочим по дороге. Еды захватим и в путь!

Если бы солдаты прислушались к бормотанию своего командира, то услышали:

– Больше никогда не пойду в баню. Заново родился. Как – же... Никогда! – сплюнул я на дорогу.

– Может, мимо пройдём? – Со страхом в голосе спросил меня зам, пока я сверялся с картой. Когда они уже свои заячьи сердца в кулак возьмут? Так и будут всего пугаться что – ли?

Всё лето маршруты разведывали, а этого места нет. Нет! Как так? Тёмный зёв пещеры, с краю знакомой сопки. Тьма там аж клубилась, бурлила. И страх. Даааа... страх, что волнами расходился от этого места. Всё живое вокруг словно вымерло. Ни мышки – полёвки, ни воробья с синичкой. Трава округ пожухла... Нечистым духом пахнет! Как же стрёмно. Я то – же не железный!