— Ты горишь, — было очевидно, что даже для инкуба такая температура тела не была нормой. — Мне нужен холод…

Соскочив с дивана, я бросилась к кухонной зоне и открыла холодильник. Льда было много. На нём лежало сырое мясо, надеюсь, телятина, и пакеты с кровью. Много. Маркировка указывала, что доноры не были людьми. Не слышала о таком. Все немёртвые питаются человеческой кровью. Или… Послышался глухой стон, и я решила разобраться в этом позже. Собрав лёд в ведерко для шампанского, я подхватила несколько полотенец и побежала обратно.

Мужчина уже не был в сознании. Он бредил и метался, царапая себя выскользнувшими когтями. Раны на груди и животе затягивались на глазах, но кровь оставалась на коже. Это был хороший знак. О регенерации немёртвых ходили легенды. Замерев, я не сразу склонилась над ним, помня, каким сильным он может быть. Если он случайно меня ударит…

— Милая… — позвал он едва слышно и я пропала.

Конечно, мы живём очень долго, и вряд ли такой горячий парень был девственником до встречи со мной… с Миланой. Но одно это слово согревало мою душу, заставляло трепетать и желать, чтобы оно принадлежало только мне. Мне захотелось прикасаться к мужчине, раскинувшемся передо мной, заставить его открыть глаза и рассказать мне всё о нём самом, о нас. Плевать, если я не вспомню ничего из нашего прошлого. Будет достаточно его воспоминаний, той их части, где я любила его.

— Тихо, мой хороший, — нежно бормотала я, обкладывая его ледяными кубиками, завернутыми в ткань. — Потерпи, милый… Я с тобой… Ты слышишь? — даже в забытье, мужчина хмурился и мотал головой, словно не соглашаясь со мной. — Ты такой красивый… Знаю, такое не говорят мужчинам, но я знаю только одного мужчину… ну, и тебя. Не вздумай умирать, — я понизила голос, словно боялась, что он услышит. — Ты ведь нашёл меня. А я тебя и теперь не хочу упускать.

Я стерла ладонью с его груди кровь и прежде чем промокнуть полотенцем, поднесла пальцы к губам. Даже спустя много времени, оглядываясь назад, я не знаю, что заставило меня попробовать кровь немёртвого и инкуба — ядовитую смесь для любого из нашего вида. Но я лизнула темную жидкость и, покатав на языке, проглотила. Сначала я ничего не ощутила. Обычная кровь. Чуть более жидкая, чем должна быть, с богатым привкусом меди. Но скатившись в желудок, она стала нагреваться. Мне удалось лечь рядом, вытянувшись вдоль длинного тела и осторожно обнять его, вздрогнув, коснувшись льда.

— Неужели я отравила тебя, — всхлипнула потеряно. — Ты ведь так и не сказал, как тебя зовут. Гад…

Я проснулась. Судя по темному небу за окном, прошло не более двух часов. Было жарко даже для меня. Сев на краешек дивана, я обхватила живот. Странная тянущая боль возникла прямо под рёбрами. Спустя несколько секунд, я зашипела от жара, разгорающегося в животе, и внезапно полыхнула огнём дракона. Пламя вырывалось из моей кожи. Я закричала от ужаса, скатываясь с дивана и пытаясь отползти подальше от бессознательного мужчины.

Этот огонь не щадил никого, кроме своего хозяина. Воздух раскалился, подрагивая и клубясь. И сквозь марево, я увидела стоящую передо мной фигуру. Кто-то протягивал мне руку сквозь пламя. Только одно существо было способно выжить в этом огне. Он нашёл меня. Он пришёл за мной. Замотав головой, я оттолкнулась ногами от пола, оказываясь прижатой к креслу.

— Не пойду с тобой, — забормотала я исступленно. — Не трогай меня. Не прикасайся ко мне.

— Мила, ты жжёшь, но стоит потушить огонёк, пока не загорелась мебель. Мне нравится мой диван. И кровать нам понадобиться.

Этот голос принадлежал не дракону. Хриплый и низкий, он отозвался дрожью в позвоночнике. Протянув руку, я ухватилась за сильную ладонь и сжала её так крепко, как могла. Это был мой мужчина. Он был жив и стоял прямо в моём пламени. Зажмурившись, я попыталась втянуть огонь в себя, надеясь повторить то, что проделала с Рарком однажды.

— Когда понадобятся спички, я попрошу тебя сделать так снова.

— Ты… Ты меня не бросил, — странное крутилось на кончике языка и я прошептала, — Валс?

— Вспомнила, — мой мужчина подтянул меня, ставя на ноги, и порывисто прижал к себе. — Ты помнишь меня.

— Твоё имя? — он кивнул. — Оно не позволило мне сойти с ума. Я его не забывала.

От счастливой улыбки инкуба мое сердце затаилось, чтобы вновь забиться от осознания, что он цел.

— Всё в порядке? У тебя был жар и…

— Кажется, что твоя кровь меня немного согрела, — он пожал плечами, продолжая любоваться мною. И тут я поняла, что совершенно голая. Охнув, попыталась отыскать глазами свою футболку. — Даже не думай.

— Ты меня смущаешь, — шутливо ткнув его в бок, я заметила свою одежду. — Дай мне одеться.

— Некоторые вещи не меняются.

— И это ведь хорошо? — отвернувшись от мужчины, натянула тонкий трикотаж. — И я люблю носить бельё.

— А я снимать его с тебя. Хочу напоминать тебе об этом как можно чаще.

— Хам, — шагнув к нему вновь, я очертила пальцами такое незнакомое, но родное лицо. — Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит?

— Ничего, — успокоил меня инкуб.

— У тебя теплая кожа, — заметила я.