– Ничего, придется забыть о своей ненависти, – оскалился Гордон.

– Я никогда о ней не забуду, - Софи выпрямилась, вздернув подбородок.
– Ты подлец и трус, Гордон. Думаешь, я не поняла? Не ты остановил эйлинов у Багровой Скалы. Это был твой брат,и именно он герой. А ты просто присвоил себе его заслуги!

– София, это сейчас неважно, – начал я, но она дернула плечом.

– Это важно. Теперь я точно знаю, кто есть кто. И ты, Гордон Лангранж, всего лишь мелкий, слабый, напыщенный маменькин сынок. Мне стыдно, что когда-то я поверила в иное. Ты не стоишь моей любви. Ты вообще не стоишь любви. А теперь… отпусти Линк! Немедленно! – она так рявкнула, что даже мне стало не по себе. брат разжал руку,и девочка свалилась на траву.

– Нет! – Гордон удивленно посмотрел на свои ладони, словно не веря, что отпустил. И мы все кинулись к Линк одновременно. И так же застыли, когда пятна света ожили…

***

Я никогда не видела подобного. Световые пятна, мирно лежащие на траве, вдруг уплотнились, выросли в проемы, из которых вышли люди. Нет… не люди.

Шерх точно описал их, и я с первого взгляда поняла, кого вижу перед собой. Их было около десятка, мужчины. Высокие, одетые в зеленые одежды с серебристой вышивкой. Темноволосые, с совершенными лицами и мощными телами. Десять потрясающе красивых мужчин, что смотрели на нас.

Эйлины.

Шерх издал шипение и одним движением задвинул нас за спину. Гордон растерянно сжимал кулаки, расширившимися глазами глядя на тех, кого так боятся в нашем королевстве.

– Не приближайтесь, - приказал Хенсли, не сводя взгляда с предводителя эйлинов. Тот сверкнул зелеными глазами. У наших незваных гостей были глаза всех оттенков зелени. Мятный, лимон, цвет травы или крыжовника – целая палитра! У предводителя зелень радужек оказалась темной, почти грозовой.

– Меня зовут Этельмар Арнит. Я пришел за девочкой.

– Что? – теперь и я задвинула Линк за спину.

– Мы потеряли Линьеру во время пути силы, семь лет назад, – невозмутимо сказал Этельмар, словно и не слышал моего возмущения. – Она родилась в дороге, этого никто не ожидал… Мы искали ребенка, но ее крылья спали и не отзывались нам. Теперь время пришло. Мы забираем ее.

– С чего вы взяли, что мы ее отдадим?
– процедил Шерх.

– Линьера принадлежит народу светоносных, – эйлин повернул голову.
– Нашему народу. Мы не оставляем своих детей людям.

– Нет! – я прижала к себе испуганную девочку. – Я ее не отдам. Слышите?

– Убирайтесь, - приказал Хенсли. Гордон молчал и тихо пятился назад, бездумно крутя головой. Но меня уже не интересовал бывший и трусливый муж.

– Мы заберем Линьеру, – склонил голову предводитель эйлинов.

– Попробуй, – оскалился Шерх. И я вздрогула, увидев льдинку в его руках. Она сверкнула на солнце, а потом начала расти, образуя перед нами колючую преграду из ледяных игл. В руках Шерха билась вечная стужа, губительная мерзлота. на лизала его загорелые пальцы, обнимала застывшее тело и отражалась в бесконечно темных глазах. Спустит – и стужа накроет ледяным пологом всех эйлинов, несмотря на их силу и крылья. Открыв рот, я смотрела на мужчину, с которым делила кров. Он сорвал печати. Он все-таки сорвал их и выпустил свой холод.

***

Эйлины. Я почуял их чуть раньше, чем увидел. Почуял морозом внутри, ненавистью, что сжигала меня. Почуял и толкнул за спину Линк и Софию. Где-то в душе я знал, что однажды эйлины придут за девочкой. Надеялся, что позже. Их было с десяток, руки пусты, но я не обманывался на этот счет. Оружие крылатых появляется из воздуха, сплавляется из солнечного света и тени. И разит насмерть.

– Мы заберем Линьеру, – сказал гад в зeленом,и ненависть внутри меня выморозила благоразумие. Я ощутил боль там, где были печати на руках. Словно ожог, словно рана. И сила хлынула в ладони, сплетаясь в лед. Я хотел швырнуть в этих крылатых стужу, размозжить их черепа глыбами льда и искрошить гранями. Но держался, понимая, что за спиной стоят София и девочка.

Десяток эйлинов рывком закрыли своего предводителя, сквозь зеленые мундиры прорезались крылья. Но это были не тонкие радужные крылышки, как у Линк, а острые, граненые, хрустальные клинья, способные выдержать даже удар стужей.

Раскрывшись, крылья закрыли Этельмaра сплошной стеной.

днако он покачал головой и шагнул вперед.

– Я знаю, кто ты, - сказал он, глядя мне в глаза.
– Вечный Лед. Я помню тебя. Ты сильный маг и достоин уважения. Но за что ты сражаешься сейчас?

– Девочка останется здесь, - прохрипел я, удерживая стужу на поводке. Она огрызалась, цапала меня за пальцы, но пока слушалась.

– Ты не понимаешь, – со скорбной миной покачал головой эйлин. – Этот ребенок не принадлежит миру людей. Она – иная. И должна жить среди своего народа. Познавать тайны света и тьмы, ходить сквозь грани, летать в облаках с другими детьми. У нас она будет любима и обласкана соплеменниками, а у вас станет изгоем. Разве не так, Вечный Лед? Что смогут дать этому ребенку люди? Вы ничего не понимаете в мире, в природе, в гармонии. Она будет несчастна здесь. Путь нашего народа – путь любви и добра, а у людей все иначе. Девочка должна уйти с нами.