Господи, неужели слова Стеллы могли оказаться правдой, и передо мной был разыгран искусный спектакль? От этой информации мое сердце забилось в каком-то тревожном волнении, но картинка покушения так и встала перед глазами. Я даже на секунду услышала запах обгоревшего металла, плоти и почувствовала в своих волосах кровь Ричарда. Нет, не может быть. Или может?

— И покушение, и кома настоящие, — констатировал Макс, и я бесшумно вдохнула воздух, чтобы успокоить сердце.

— Поверю тебе на слово. Я-то его не видела, даже не знаю, где он лежит.

— Стелла, я не имею права…

— Да не напрягайся ты так. Я же не требую у тебя выдать мне секретные сведения. Сама сижу на подписке о неразглашении и знаю, чем грозит нарушение.

Макс некоторое время молчал, а потом серьезно произнес:

— У Барретта не было резона задействовать Лилит в инсценировке. Если бы он хотел "погибнуть", тогда было бы логичным сделать ее свидетелем покушения и собственной смерти для СМИ. А так вся информация для публики засекречена, и в девушке, как в свидетеле, нет смысла.

— Да, логично, — как-то задумчиво произнесла Стелла, а потом то ли в шутку, то ли всерьез заявила: — Между прочим, я тоже могу выставить счет и обвинить тебя в неверности.

— Не понял? — удивился Хакер.

— Когда ее привезли, ты прямо ринулся ее спасать. А она между прочим со скальпелем на меня полезла.

Вероятно, Стелла меня имеет в виду!

— Ты ревнуешь? — подтрунил Хакер.

— Вот еще, — фыркнула Стелла, — я просто не понимаю, зачем ее вообще охранять в штабе?

— Ты неверно толкуешь обстоятельства, — объяснил он, — это лишь задание Папы — контролировать ситуацию. Лилит под его ответственностью, и он перестраховывается. Охрана же ей положена по протоколу, чтобы девушка без присмотра не увидела или не услышала ничего, что не предназначено для ее ушей и глаз. Сандерс профессионал, и знает свое дело.

Он продолжает ее дезинформировать, или мне только так кажется?

— Ну да, меньше знает, лучше спит, — согласилась Стелла. — А ситуацию с Джиной тоже ты контролируешь?

Не поняла, кто такая Джина?

— За адвокатессой присматривают, — коротко ответил Макс, а потом, усмехаясь, спросил: — Или ты и к Джине меня "не" ревнуешь?

— Уж там достойная соперница, — как-то оценивающе сказала Стелла. — Я видела те откровенные Нью-йоркские фото, где их подловили папарацци на яхте. Помнится, Папа выложил кругленькую сумму, чтобы изъять эту фотосессию из сети, но все таки некоторые картинки каким-то образом просочились в интернет. И по моему мнению после таких-то фото за Джиной нужно не просто присматривать, а полноценно охранять.

Странная информация. Вероятно, они обсуждают какую-то клиентку… Второй раз за сегодняшний вечер слышу позывной "Папа": скорее всего, они так зовут Сандерса.

Макс хотел ей что-то ответить, но внезапно его сотовый издал сигнал, информируя о новом сообщении.

— Стелла, прости, но у меня срочные дела, — серьезно произнес он, и девушке ничего не оставалось, как засобираться домой, а я с облегчением вздохнула — моему заточению скоро придет конец. — Пошли, я попрошу кого-нибудь из ребят отвезти тебя, — добавил он, — ты выпила, и за руль тебе нельзя.

Занавес опустился, погружая сцену в тишину, и я опять задумалась, пытаясь проанализировать все с самого начала, принимая во внимание тот факт, что актеры этого спектакля преследовали каждый свою цель. Поудобнее устроившись на диване рядом с гитарой, я начала свои рассуждения.

Начнем со Стеллы. Зачем ей Макс? Ответ лежал на поверхности: он источник и хранитель информации. Думаю, самая ценная информация на сегодняшний момент — это данные о Барретте. Макс оставлял девушку одну в своем кабинете, пока ходил за стаканами, этого было достаточно, чтобы она могла проверить планшетник и даже сохранить информацию на флэшку или телефон. Далее: он повел ее на экскурсию в серверную и по этажу, уверена, тоже "из большой любви к искусству". Не удивлюсь, если она и там поработала, поставив какие-нибудь жучки для записи информации. Если мои выводы верны — значит Стелла и есть тот предатель, которого завербовал враг. Надо отдать должное этой девушке — на дне рождения она красиво изображала любовь к Максу. И чувственный взгляд, и блеск в глазах, и румянец на лице.

Теперь Макс: он не мог просто так провести Стеллу на свой уровень и дать доступ к серверной и другим данным — это выглядело бы слишком подозрительным для девушки и могло ее спугнуть. Он разыграл ситуацию, в которой выглядел виноватым в ее глазах, и чтобы искупить вину, в страхе потерять "возлюбленную" обеспечил ей пропуск на свой уровень, ожидая от нее ответного хода. И ход не замедлил последовать. Стелла, не дожидаясь назначенного часа, нанесла Хакеру неожиданный визит, чтобы застать того врасплох, и действовала по ситуации. Ну а в Максе умер великий актер, Марлон Брандо, не меньше: так искусно изображать и вину, и желание, и даже заботу. В его голосе не чувствовалось ни фальши, ни обмана, поэтому первоначально я и поверила в этот спектакль.