— Лили, милая, откуда ты знаешь это имя? — удивленно спросила Эльза, выводя меня из размышлений.

— Так Зет называл кого-то в разговоре… — и теперь я понимала, чей стон слышала в коридоре — да, Сандерс сказал правду, это был раненый боец, но вражеской армии.

— Я уволю эту базарную бабу, — скривился Сандерс, а я уже пожалела, что так подставила Зета.

Сандерс внимательно изучал меня, и я видела, что он понимает ход моих мыслей. Он никогда бы мне не сказал, что на базу привезли языка и пытаются из него вытащить необходимую информацию о покушении и о людях, его устроивших и заказавших. Еще день назад я бы ужаснулась только при одной мысли о таком насилии по отношению к человеку. Но сейчас, помня о Ричарде в коме, о тяжелораненом Дугласе, о четырех убитых сотрудниках в машине сопровождения, охраннике в нашем джипе, в моей душе все переворачивалось, и я пыталась выстроить новую шкалу понятий о добре и зле. Но мысли путались, не давая нарисовать в моем воспаленном мозгу четкую картинку новой для меня реальности, где были бы ясно прочерчены границы между плохим и хорошим. Может быть, мне нужно посмотреть на эту ситуацию по-другому: я попала на войну, и сейчас все делились на своих, кто был на нашей стороне, и врагов, кто желал моему Ричарду зла, кто пытался его убить и взорвал машину с людьми, не задумываясь. Прав был Ремарк: "Судить о том, что такое война, могли бы по-настоящему только мёртвые: только они одни узнали всё до конца". Я посмотрела на Сандерса и кивнула, давая понять, что я не собираюсь больше развивать тему стонов в коридоре.

Для меня ситуация прояснилась: после того, как я расшифровала разговор Зета с водителем, я была склонна верить Сандерсу, не до конца, но все же. Несмотря на всю логичность выстроенной картинки, вдруг Сандерс играет в свою игру, пока Ричард не в состоянии контролировать ситуацию.

Нет, определенно, мне нельзя было вставать в позу и отказываться от сотрудничества — мне нужно было здесь освоиться и присмотреться, а ограничивать себя в передвижениях и лишать себя средств связи было полным безумием и глупостью.

— Так вы хотите позвонить своим? — услышала я голос Сандерса.

— Да, — кивнула я, забирая плоский смартфон.

Разговор с отцом прошел гладко. Я обрадовалась, услышав его спокойный голос, его тихий смех, и самое главное — его здоровье было в норме.

Как я и предполагала, Эмили с Джулией ничего не заподозрили. Сперва Джули обижалась, упрекала меня в том, что я со своим любимым Барреттом загуляла и совсем забыла о простых смертных. Но когда я ей рассказала о больнице, о случившемся выкидыше, тон ее сник, она попросила прощения, забеспокоилась о моем состоянии и тут же засобиралась в больницу навестить меня, спрашивая куда ей ехать. Мне так хотелось ей рассказать о Дугласе, так хотелось, чтобы она его навестила, но понимала, что была не вправе распространять эту информацию. Я предупредила ее, что уезжаю сегодня в Швейцарию, включу автоответчик, на который она с Эмми всегда могут оставить мне сообщение, и я перезвоню, учитывая девятичасовую разницу во времени.

— Да, насчет ветеринарки… — и я посмотрела на миссис Хоуп, которая обещала мне позаботиться о Тигре. Миссис Хоуп молча кивнула, давая понять, что она возьмет на контроль этот момент, и я продолжила: — На днях к нам домой подъедет одна женщина… Ее зовут миссис Хоуп. Она медсестра и была моей сиделкой. Она позаботится о коте.

Я попрощалась с подругами и отдала телефон Сандерсу.

— Спасибо за сотрудничество, мисс Харт, — коротко кивнул мужчина и вышел, торопясь куда-то по своим делам и оставляя нас с Эльзой наедине.

— Лили, поешь, — настаивала миссис Хоуп, — плов Кабули здесь отменно готовят…

— Я не хочу есть, я хочу к Ричарду, — прошептала я и опустила глаза.

— Знаю, милая, — погладила она меня по голове, поправляя выбившуюся прядь, и спросила, вероятно, желая отвлечь: — Так что случилось с твоим котом?

— Сбежал из дому и лапу сломал… Наверное, где-то подрался, — предположила я. — Могу сказать только одно: он у меня Агрессор по натуре.

— Уверена, что с таким характером его зовут не Пушистиком или Дымком, — усмехнулась Эльза.

Я улыбнулась такой проницательной шутке.

— Вы правы. Я его назвала Тигром, — с гордостью за своего агрессора произнесла я.

— Тебе, определенно, известно, как общаться с хищником по имени Тигр… — улыбнулась она, рассматривая меня с интересом.

— Совсем наоборот, — усмехнулась я. — Я всего лишь персона, приближенная к Его Величеству, и мне иногда оказывают высокую честь — дают погладить свою бронзовую шубку.

— И все же… Тигр не каждому позволит прикоснуться к себе.

— Вы правы, — согласилась я. — Он очень не любит чужие руки и поэтому я опасаюсь, что он вас поранит…

— Не беспокойся, — улыбнулась миссис Хоуп, — я постараюсь найти общий язык с твоим Агрессором.

— Хорошо бы его позволили привести сюда, — с вопросом в глазах посмотрела я на Эльзу.

— На базе запрещено держать домашних животных… — скептически повела головой Эльза.

— Почему запрещено? — удивилась я.

— Причин много. Например, кот может залезть туда, где ему не место, или в самый неподходящий момент он может оказаться под ногами, задерживая движение.

— Я за ним буду строго следить! — пообещала я. — И еще он у меня очень умный!

— Я в этом не сомневаюсь, — улыбнулась Эльза и, вновь пододвинув ко мне тарелку с пловом, проговорила: — После того, как ты отоспишься и наберешься сил, я тебе покажу базу и привезу огромное количество книг.

— Покажите лучше базу сейчас!

Эльза скользнула по моему лицу внимательным взглядом и отрицательно покачала головой:

— Давай вечером. Ты еще не восстановилась. К тому же, Лат скоро должен подъехать с теплыми вещами.