— О чем они говорят? — шепотом спросила я в надежде услышать хоть какие-нибудь новости.

Нари вытянула тонкую шею и, желая услышать "тайны", замерла, но не прошло и минуты, как она махнула рукой.

— О своем, — бросила она, а уже через секунду она тащила меня к кусту орхидеи, раскинувшему свои листья широко в стороны.

Сорвав нежно-розовый цветок, она заправила его в шлейку моего сарафана.

— Суай, — улыбнулась она, поглаживая нежно-розовые лепестки.

— Что такое "суай"? — тут же спросила я, вспомнив, что уже не раз слышала от нее это слово.

— Это означает красивый, радующий глаз.

— Да, орхидея красивая, — согласилась я с ней.

— Пусть тебя ждет удача, — засверкала она в очередной раз улыбкой, и я улыбгулась — ее слова прозвучали, как напутствие.

Внезапно в нескольких ярдах от нас послышался шорох ветки, и я, насторожившись, резко остановилась. Правда Нари, чувствуя себя на острове в полной безопасности, тут же упорхнула к кусту, откуда слышался шум, и в следующую секунду бесшумно хихикнула, поманив меня рукой. От открывшегося мне вида, я чуть не засмеялась, но тут же зажала рот ладонью, чтобы не спугнуть эту воистину идеалистическую картину в духе Матисса.

Под раскидистой пальмой в свете ламп возлежал мой Тигр — с видом гордым и совершенно неприступным, а рядом, уткнувшись мордочкой в его бронзовую шубу, свернулась калачиком тоненькая сиамская кошечка в изысканном ошейнике с медальоном, выложенным стразами.

Я тихо улыбнулась — теперь была ясна причина такого умиротворения моего Агрессора.

— Чья это красавица? — шепотом спросила я, рассматривая изысканные подпалинки на ее лапках, похожие на тонкие темные перчатки и чулки.

— Нашей шеф-повара. На время, пока на вилле гостят, она с мужем-охранником переехала жить сюда и прихватила с собой свою любимицу.

Любуясь утонченной мордочкой сиамочки, ее острыми ушками и тонкими длинными лапками, я улыбнулась выбору Тигра.

— А она аристократка, — отметила я.

— Им подарили кошку на день свадьбы — это считается к удаче, — кивнула Нари.

— Хозяйка не против такой… дружбы? — усмехнулась я, понимая, что скоро сиамская порода ее любимицы может быть разбавлена европейской рыжей мастью.

— Ну если честно, она боится Тигра. Он на всех рычит, как только кто-нибудь подходит к ним ближе чем на несколько метров.

— Неудивительно, — кивнула я, вспоминая, как он себя вел с Джулией, да и со всей базой, укомплектованной боевиками. — Это в его стиле.

Кошечка, почувствовав наше присутствие, подняла мордашку и посмотрела на нас обворожительными голубыми глазами с поволокой.

— Как ее зовут?

— Дара. Это означает Звездочка.

— Красивое имя, — улыбнулась я и тихо вздохнула — мне стало жаль этих влюбленных. Ведь скоро им предстояло расставание.

Тигр, словно почувствовав мои мысли, дернул рваным ухом, а дама его сердца, тут же потянулась к нему носиком, словно желая успокоить, и он ответил ей взаимностью, лизнув ее макушку.

Я покачала головой и, взяв Нари за руку, увела вглубь парка, чтобы не нарушать этой идиллии.

Как я ни пыталась, но и после прогулки мне не спалось. Я сидела на террасе, укутанная тропической влажностью, наблюдала за морским пейзажем в темно-синих тонах "Звездной ночи" Ван Гога, но удовольствия этог вид не доставлял. Рассматривая орхидею в руках, я вспоминала слова Нари "на удачу", в памяти всплывала фраза Эльзы "Назари просил Барретта отдать тебя ему" и от этого всего моя реальность превращалось в Зазеркалье.

Внезапно в дверь спальни постучали, и я резко обернулась на шум, чуть не уронив цветок.

— Кун Лили, могу я войти? — услышала я голос Лата.

Посмотрев на часы, я удивленно приподняла брови — не то, чтобы время было совсем позднее, но определенно не для визитов.

— Да, конечно, — ответила я, почему-то крепко сжав в руках орхидею Нари.

Лат бесшумно открыл дверь и, остановившись у порога, спокойно произнес:

— Кун Лили, собирайтесь, вы вылетаете в Бангкок.

— В Бангкок? Зачем? — удивилась я и, внимательно изучая Лата, отметила, что в его глазах отражалась тревога.

— К кун Ричарду, — ответил он, и мое сердце пропустило удар.

Известие было настолько неожиданным, что я даже не успела сориентироваться, а Лат, спокойно поклонившись, так же быстро исчез с порога, как и появился, вероятно, тоже торопясь собрать багаж.

"К кун Ричарду", — вертелось у меня в голове и я, бросив взгляд на дверь, задумалась — если бы Барретт хотел меня лично видеть, то прилетел бы сюда. Лат и на базе говорил, что я еду к Ричарду, подразумевая его виллу на Пхукете, а значит я лечу в Бангкок не к самому Ричарду, а в его очередную недвижимость. Было непонятно только одно — почему в ночь, но я уже перестала задавать вопросы, понимая, что сейчас все делается только для одного — решить проблему с Амиром Назари.