– Это песня моей подруги! Это ее песня сейчас по радио!

Я снова замираю, прислушиваясь, чтобы убедиться в очередной раз, что это не ошибка. Может это чужая песня, похожая на мою, или ди-джей ошибся или… я не могу понять, как моя песня попала на радио. Она закончилась.

– … и последняя песня, которую вы слышали, называлась “Гоняться за призраками” Хейли Грейс Кук. Отличная песня. Надеюсь, в ближайшее время мы еще не раз услышим эту талантливую певицу и композитора”.

Дженна и я поворачиваемся друг к другу и снова кричим.

Я изо всех сил пыталась отработать свою смену, но голова шла кругом, как будто целый рой пчел забрался внутрь. В итоге Дженне удалось уговорить меня уйти пораньше, чтобы встретиться с Брандо. Она видит, как сильно я этого хочу.

Возбужденная, я врываюсь в квартиру Брандо.

– Я не могу в это поверить! Они ставили ее дважды! Я смотрела в интернете - и я в ротации! И не только в этой радистанции, но и в куче других! Должно быть, это какая-то ошибка. Я даже не знаю, как они нашли ее!

– Я выложил ее в интернет, - говорит Брандо, растягиваясь на диване.

– Просто так?
– говорю я, кружась вокруг него.

– Не понадобились никакие фокусы. Песня говорит сама за себя. Я просто выложил ее, попросил нескольких друзей на радиостанциях послушать ее и высказать свое мнение, и вот результат.

Я, наконец, замираю, чтобы посмотреть на него. Мы стали другие, или один из нас стал другим, но я определенно вижу в нем кого-то другого. Он уже не тот выскочка из Нью-Йорка, который нагло врывается после моего выступления в “Открытом микрофоне”; не скользкий, безразличный менеджер, который пообещал мне весь мир, а сам пытался превратить меня в очередной поп-идол; он даже не тот невероятно горячий и похотливый незнакомец, доведший меня до оргазма, когда сдали мои нервы; он Брандо.

– Ты действительно веришь в меня, правда?
– говорю я, медленно приближаясь к нему.

– Больше, чем кто-либо, - говорит он низким ровным голосом, не сводя с меня глаз ни на дюйм.

И вдруг все это обрело смысл. Музыка, эфиры. Все, что я когда-то хотела, все стало возможным благодаря мужчине, сидящему на диване напротив меня. И все потому, что он не сдался со мной.

Я сажусь на него, обхватывая его бедра своими ногами, и проникаю своим языком между его безупречных губ. Это впервые, когда я целовала его без раздумий, без тормозов. Так как он больше меня, его сила заставляет мое тело прижиматься к нему, заставляет мои руки скользить по мышцам на его шее, сжимать его бедра своими ногами.

Его огромные сильные руки с силой подхватили меня под бедра и прижимают к себе, так, что я трусь об его джинсы, сначала медленно, но когда я чувствую его твердеющую выпуклость, я начинаю двигаться все быстрее и грубее. Не отрываясь от его губ, я начинаю расстегивать ему рубашку. Он с рычанием покусывает мои запястья, он мой зверь, и я держу его под контролем движением своих бедер.

Справившись с пуговицами, я отодвигаюсь, чтобы вдоволь насладиться его торсом. Его грудь просто обалдена: крепкая, с напряженными мышцами. Я наслаждаюсь видом, как великолепным пейзажем. Кажется, что время просто остановилось. Я провожу пальцами по канавке между грудными мышцами до живота, на котором восхитительные шесть кубиков. И каждый из них я, конечно, тоже облапала. В моей голове возникла сразу куча идей, как можно зацеловать и заласкать.

– Ты выглядишь так, будто впервые видишь мужчину, - говорит Брандо, улыбаясь.

– Такого как ты - ни разу.

Брандо смеется и обхватывает меня за талию. Внезапно он встает, и мы оказываемся на полу, это было одновременно и нежно, и страстно. Нависает надо мной, его трицепсы напряжены, когда он приподнимается, зарывается своим лицом в мою шею. Я слегка отталкиваю его, пытаясь сбросить с себя одежду, пока он так увлеченно занят моей шеей. Мое лицо прижимается к его плечу, его рубашка свободно свисает, и я просто схожу с ума от его запаха.

Мы оба хотели сделать это уже так долго, и так долго сдерживались. И теперь, наконец, мы отпустили все это.

У меня получилось снять с себя только куртку, Брандо справляется с остальной моей одеждой гораздо быстрее, наверное, у него чертовски много опыта в подобных вещах. Однако, когда он начинает раздеваться сам, он замедляется. Он приподнялся и стоит надо мной на коленях, его рубашка свисает с плеча. Я приподнимаюсь на локтях, я не могу никак оторваться от любования его телом, я хочу впитать в себя великолепие его широкой груди; смотрю, когда он сбрасывает рубашку и начинает медленно расстегивать ремень. У меня сбивается дыхание, мне катастрофически не хватает воздуха.

– Я ждал этого с той самой минуты, когда ты отшила меня в клубе, - говорит он, начиная расстегивать ширинку, не отрывая от меня своего голодного взгляда как подтверждение своих слов.

– О, господи, - вырывается из меня, когда его огромный и великолепный член появляется из его дизайнерских джинсов.
– Это… незаконно!

Брандо улыбается в предвкушении, достает презерватив, одной рукой натягивает его, а другой ласкает мою грудь.

– Все в порядке, - прорычал он, - я знаю, как им пользоваться.