– Чувствуешь себя великой актрисой? Самой-то не смешно?
– растягивая слова, продолил Нелидов заплетающимся языком.
– Чего тебе не жилось? Могла бы сейчас играть на одной сцене с именитыми артистами, а не среди бездарных неопытных новичков «Орфея». Театр, которому и пяти лет нет. Это и есть предел твоих мечтаний?

– Меня все устраивает, Леша, - спокойным уравновешенным голосом ответила Лера. – сли спектакль выиграет конкурс,то об «Орфее» узнают все.

– Ты веришь в то, что ваша жалкая пьеса может составить конкуренцию спектаклям, поставленным в театрах мирового масштаба?
– насмешливо спросил он.

– Мир не стоит на месте. Зрители хотят видеть новые лица и свежие идеи. В любом случае, я счастлива, что «Нити Ариадны» прошли отбор. Даже то, что мы стали участниками конкурса, говорит о перспективах театра. Ты можешь быть не согласен. «Орфей» не БДТ,тут сложно поспорить, но все с чего-то начинали. Я верю, что работу нашего постановщика, гениальной и перспективной Вероники Цветковой, ждет большой успех.

– Ты все так же наивна, Лера. Или глупа, - резко рассмеялся Нелидов, - Проедешься по стране с гастролями и вернешься к разбитому корыту. Орфей - театр однодневка, а ты не настолько хорошая актриса, чтобы после того, как он закроется,тебя подобрал мало-мальски приличный театр. Знаешь, что тебя ждет, Валерия?

– Просвети?
– невозмутимо отозвалась молодая женина.

– Тебя ждет роль преподавателя актерского мастерства в детском театральном кружке. Единственная и пожизненная. На большее у тебя характера не хватит.

– Это мы посмотрим, - вздернула подбoродок Миронова.

– А тут и смотреть ечего. Я насквозь тебя вижу. Я не раз говорил. Актёрских данных мало. Нужен железный стрежень и умение ертвовать личным во имя успеха, плевать на чувства других, даже сaмых близких. тебе слишком нравится быть хорошей и правильной. И я смотрю, время тебя не изменило.

– Тебя тоже. Наверное, поэтому у нас ичего не вышло, – сухо парировала Валерия.

– У нас ничего не вышло, потому что ты фригидная ханжа с доисторическими принципами. Поверь мне, дорогая моя, если ты хочешь, чтобы роль риадны не была для тебя последней, придется кое-чем пожертвoвать. Я уж об этом позабочусь. С моими-то связями.

– Почему ты никак не успокоишься, Леша?
– с досадой воскликнула Лера, понимая, что он вполне способен осуществить угрозу.
– Столько лет прошло. Я уверена, что у тебя достаточно женщин, чтобы ты мог забыть обо мне.

– Ты меня бросила. И унизила, выбрав … – он осекся, скривив губы в язвительной усмешке.
– Ничтожество с замашками уголовника. Быдло, которое только кулаками махать и может. Хорошо тебе с ним? Нравится пожёстче? Так я тоже могу. Только скажи.

– Убирайся! – побледнев, закричала Лера.
– И не приходи больше.

– Еще встретимся, – криво ухмыльнулся Нелидов и, окинув ее долгим оценивающим взглядом, добавил.
– Теряешь форму, крошка.

– Пошел ты, Нелидов, - вспыхув от унижения, воскликнула Лера, указав рукой в сторону двери.

– Придет время, запоешь по-другому, - пообещал Алексей, выходя из гримерки.

Ее еще долго трясло после того, как он ушел. Она не могла понять, как человек, который в прошлом посвятил ей огромное количество стихов, который не давал ей прохода своей любовью, мог наговорить столько гадостей. Какими бы ни были причины, мужчина не должен вести себя так омерзительно, так низко.

***

Для Миронова наступили непростые времена. Точнее сказать, они и не заканчивались уже длительный период времени. Сначала рухнул бизнес, потом рассыпались в прах все попытки занять свою нишу в теневой игровой структуре, следом похищение и шантаж, потеря всех накопленных средств. Проблемы появлялись одна за другой,и он физически не успевал решать их по мере поступления. Причем удары сыпались не только на финансовую сферу. В личной жизни также сплошной диссонанс. Нервная система трещала по швам. Последний скандал с Лерой мог закончиться разводом, и все к этому шло. Он снова сорвался, а потом сам не мог понять, как допустил подобное. Характер у него взрывной был всегда, но склонность к жестокости и вспышкам агрессии проявилась после аварии. Помутнение разума, словно пелена перед глазами, шум в ушах и полный контроль над эмоциями и поступками. Спусковым крючком могло послужить что угодно. И под горячую руку тоже попасть мог кто угодно. В последний раз досталось и Лере и Маю. Ударил сначала енщину, потом чуть не убил несчастное животное. Совсем свихнулся. Миронов понимал, что проблема существует,и она серьезная и требует решения вперед остальных,и каждый раз, когда срывался с катушек, обещал себе, что возьмется, наконец, за свое психическое здоровье, но каждый раз, когда эмоции успокаивались, снова поддавался надежде, что в следующий раз сможет себя контролировать. К тому же «заносило» его не так часто. Хотя признаться, раньше вспышки неконтрoлируемогo поведения проявлялись гораздо реже. Живые чувства – эмоции, любовь, которая сама по себе сложно пoддаётся контролю – усложняли задачу. Его обычное хладнокровие и организованность полетели крахом с того момента, когда в его жизни появилась Лера. В чем-то она даже смягчила его, но иногда… Одного ее слова хватало, чтобы он мгновенно превратился в разъярённого зверя. Он неоднократно пытался объяснить, что именно сможет его спровоцировать, но Лера словно не слышала его или не хотела понять,и все повторялось снова.

Но после последней истории Макс провел серьезную работу над собой. Попытался смягчить свои требования и обуздать природный эгоизм. н заставил себя увидеть Леру не только как любимый и жизненно-неoбходимый объект своего обладания, а личность со своими желаниями и амбициями. Признаться, это было чертовски сложно. Требовать всегда проще, чем понимать, подстраиваться и договариваться. Егo до скрежета зубов бесила ее театральная жизнь, но сражаться с ее призванием было невозможно. Лера могла отказаться от подруг, кино и других соблазнов, но театр она не бросит. Даже под дулом пистолета.

ставалось надеяться только на то, что она окажется невостребованной как актриса. Звучит ужасно и эгоистично, но Макс не мог себя представить мужем гастролирующей по миру театральной примы. Слишком много известно о нравах, которые царят в этой сфере искусства, как достаются хорошие роли, каким местом актеры и актрисы пробивают себе путь наверх. Конечно, Макс не думал, что Лера принадлежит к числу готовых на все ради хорошей роли молоденьких актрис, но человек имеет способность меяться, подстраиваться под ту среду, в которой постоянно обитает. И чем чаще она будет видеть, как легко дается некоторым то, ради чего ей приходится биться изо дня в день, тем сложнее будет не поддаться соблазну облегчить свою жизнь путем отказа от oпределенных принципов. Возможно, это все его страхи и заморочки, но разве мало примеров того, как распадаются семьи, в которых один из супругов принадлежит к богеме?