– Не хочешь сказать, что за херню ты мне втирала насчет принуждения?
– закуривая вторую сигарету, деланно небрежным тоном спросил Макс, поворачиваясь к ней лицом. Лера скользнула по мускулистому обнажённому мужскому телу быстрым взглядом и отвернулась к зеркалу.

– Ты еще не всем соседям из дома напротив свои яйца продемонстрировал? – ушла от ответа девушка.

– Я задал вопрос, Лера, - холодно напомнил Миронов.

– А теперь они имеют счастье лицезреть твой зад. Пoсмотреть есть на что. Даже спорить не буду, - насмешливо продолжила язвить Валерия.

– Не ревнуй, милая. Мой зад и все остальное по закону принадлежат тебе. Пусть завидуют, - ухмыльнулся он самодовольно, не делая ни малейшей попытки прикрыться или отойти от панорамного окна. – Что за пунктик с принуждением?

– У меня нет никакого пунктика. Ты действительно это делаешь. Я собиралась на работу, а ты разорвал мою блузку и заставил….

– Ты не сильно сопротивлялась.

– Ты даже не заметил…

– Ты хотела не меньше, – парировал он, заставляя ее вспыхнуть от смущения.

– Видимо, у нас разные взгляды на занятия любовью. Я не хочу сейчас это обсуждать.

– я хочу. Ты бросаешься обвинениями и уходишь от ответа.

– А ты манипулируешь мной. Тебя не интересуют мои желания. Захотел и получил. Вот и вся проблема, Макс.

– Ты моя жена.

– Вот именно! – воскликнула она, оборачиваясь. В ее глазах заблестели слезы, которые не на шутку напугали его. Он действительно не понимал, что ее не устраивает. Это был потрясающий секс. Как и обычно между ними. – Я твоя жена, а не шлюха, не игрушка для удовлетворения потребностей по первому желанию

– Твои потребности я тоже удовлетворил.

– Ты не понимаешь, – отрешенно покачала головой девушка, застегивая молнию юбке.

– Объясни мне.

– Неужели ты готов слушать? Тебе и правда интересно?
– вскинув бровь, спрoсила она с сарказмом.

– Не иронизируй. Я хочу понять. Мне не нравится, когда ты злишься, а я не знаю причины.

– Ну конечно. Я хочу. Мне не нравится, - передразнила она. – Только твои желания. Что и следовало доказать.

– Лера, - покачав головой, Макс приблизился к ней, и девушка отступила назад, выставляя вперед руку в протестующем жесте.

– Не надо сейчас меня трогать. Ты давишь на больное, Макс. Каждый раз, - выдохнула она, сглотнув комок, образовавшийся в горле. Сев на стул перед туалетным столиом, она взяла расчёску и начала водить ею по волосам резкими нервными движениями.

– Я люблю тебя. У меня и мысли не было давить или манипулировать тобой, Лера. Это твои неправильные выводы, - осторожно произнёс Миронов, собираясь, наконец, выяснить, что ее тревожит. Он опустился на край кровати, поднимая с пола свои брюки,и неспешно натянул их на себя.

– Мне было пятнадцать, когда развелись родители, – после минутного молчания заговорила Лера, опустив взгляд на тюбики с косметикой и пузырьки с духами, расставленные перед ней. – Я рассказывала, но ты вряд ли придал этому значение. У нас была счастливая семья… До определённого момента. Отца уволили с работы, где он трудился без малого двадцать лет. Сократили. Какие-то кадровые перестановки. Мне было лет десять тогда. Папа пытался устрoиться в другое место, но везде не складывалось. Потом я заболела,и все сильно перенервничали. Отец запил, они начали ругаться с мамой. С каждым годом становилось все хуже. Мы с братом были готовы к тому, что рано или поздно терпению мамы придет конец. И когда это произошло, Игорь уже работал и воспринял развод родителeй, как само собой разумеющийся финал затянувшейся истории. Отец уехал в Кострому к своей матери. А мы остались с мамой одни. Она замкнулась в себе, много работала, чтобы обеспечивать меня. Игорь не спешил помогать финансово и домой приходил только поесть и поспать.

– Ничего не изменилось с тех пор, - фыркнул Макс. Лера вздрогнула, бросив на мужа тяжёлый взгляд.

– Помолчи, пожалуйста. Сейчас не время, чтобы обсуждать ваши личные с мoим братом претензии друг к другу.

– Да мне глубоко плевать на него, – Макс встретил в отраении укоризненный взгляд Леры и решил удержаться от продолжения темы. – Продолжай.

– Я оказалась предоставлена сама себе. Пятнадцать лет, сам понимаешь. Возраст переходный. Мне казалось, что я ужасно взрослая и самостоятельная. Я часто оставалась одна, меня никто не контролировал. Мама работала дoпоздна… – Лера внезапно сбилась и ненадолго умолкла, видимо, собираясь с мыслями.

– Как-то я возвращалась после школы и познакомилась с парнем, продолжила девушка напряженным голосом, в котором угадывалось смущение, беспомощность и злость… на саму себя.
– Точнее, он со мной познакомился. Обычный симпатичный парень, старше меня, но я сейчас вряд ли вспомню, как он выглядел. Тогда он мне показался безобидным, приятным. Предложил погулять с ним в парке. Проводил до дома, чтобы я оставила сумку с учебниками. Я вышла снова,и мы отправились гулять. Смеялись, болтали. Зашли в кафе, где он меня угостил чаем с пирожными. Я не чувствовала подвоха. Совершенно. Мне и одноклассники уже начинали oказывать знаки внимания,и парни из двора, поэтому ничего опасного в том, чтобы пройтись с малознакомым молодым человеком, я не видела. Тем более, он все время шутил и говорил мне всякие приятные вещи. Обычная лесть, но в то время я, видимо, нуждалась во внимании… или… Или просто сглупила. Сама виновата. Когда он проводил меня до дома, уже стемнело. Мы попрощались и, вроде, даже договорились встретиться еще. Но когда я зашла в подъезд, он вошел следом, – судорожный вздох сорвался с губ Валерии,и она снова сделала незначительную паузу.