– Я передумал, Лера. Мысли творца всегда так рассеяны, так стихийны. Никакой стабильности. Если бы ты только знала, как мне нелегко живется с этим.
– в двух безднах страшных глаз отразилась нечеловеческая мука.
– Закрывая глаза, я вижу каждую из вас, порхающую, как диковинные разноцветные бабочки. Легкие,изящные, доверчивые, рвущиеся к звёздам, мечтающие о любви. Но мир полон боли, а в щелях между стенами, затаившись и расставив свои сети, ждут огромные черные пауки и они ждут, Лера. Ждут таких, как ты. Не бойся. Больно не будет. У нас все получится. Как по нотам…. Ты споешь для меня, Лера? Я слышал, у тебя красивый голос. И очень добрые выразительные глаза, в которых можно утонуть и заблудиться, и нежные длинные пальчики. Я оставлю их себе на память. Я буду целовать их, вспоминая о своей лучшей бабочке. Ты же лучшая, Лерa?

Миронов рванул за Лерой через пару минут, поняв, что не может, не имеет права отпустить ее сейчас в таком состоянии. Одну. Никакие ее слова не способны были остановить его желание удержать любимую женщину. Любой ценой. К черту слова, если ее глаза, ее губы сказали больше, чем миллион бессмысленных фраз. Нельзя разорвать то, что связало их десятилетие назад прочнее, чем кованые цепи и обручальные кольца. Ее улыбка, печальная, нежная, растерянный взгляд серых глаз и хрупкое очарование тонких черт лица. Она принадлежала ему с первой секунды, и только идиот мог игнорировать знаки, которые подавала ему судьба. Счастье слишком дорого стоит, оно бесценно, и каждое его мгновение стоит того, чтобы отдать собственную жизнь, сжечь собственные принципы, наплевать на гордыню и мужское эго за ещё одну секунду, вырванную у жестокой судьбы, у слепого рока.

Макс выбежал на улицу, уверенный, что успеет, что удержит ее, убедит выслушать, а если ней сможет,то забросит на плечо и утащит силой. А потом, гори оно все огнём. Макс будет говорить, пока не устанет, пока не кончатся слова и аргументы. И даже если его снова постигнет неудача, он не опустит руки. Никогда.

Но Миронов опоздал. На какие-то секунды. Огляделся в поисках ее автомобиля, который обнаружил припаркованным рядом с собственным БМВ. Черт, долбаные ключи остались наверху. Она не бросалась словами. Только ключами и кольцами… Упрямая. И где теперь ее искать?

Его взгляд наткнулся на растерянного Нелидова, шатающегося на oбочине.

– Где Лера? Ты видел ее? – рванув к нему, Миронов схватил пьяного режиссера за грудки. – Она только что вышла. Ты не мог не заметить.

– Уе-х-а-ла, – заикаясь и пытаясь оторвать от своего пиджака руки Миронова, растерянно пробормотал Нелидов.

– Куда?
– зарычал на него Макс.

– С моим водителем. Туда, - неопределенно махнул Нелидов,икая от волнения. – Я сам не понял. Она пошла… туда, - еще один пьяный жест в сторону.
– Денис затормозил, Лера села,и они уехали.

– Ктo такой Денис?
– грозно потребовал ответа Миронов, продолжая трясти почти невменяемогo Алексея Нелидова.

– Я ж гoворю. Мой водитель. Я ему звоню… – режиссер показал зажатый в кулаке телефон, Миронов выпустил его.

– Звони, - приказал он.

– Он не берет.

– Звони! – закричал Макс.

Нелидов набрал снова. Потом как-то весь сжался, поник.

– бонент не отвечает, - жалким потерянным голосом ответил мужчина.

– Поехали. Покажешь, куда он ее увез, - схватив режиссера за шкварник, Миронов потащил его к своему БМВ. Распахнув дверцу, швырнул внутрь и сел за руль. Машина резко рванула с места.

– Вон в ту сторону. Прямо, – едва слышно просипел Нелидов, пристёгиваясь.

– Кто он такой? Какого хрена он куда-то ее повез? Ты попросил?
– продолжил допрос Макс. Ему была необходима полная картина случившегося.

– Нет. Я только успел увидеть, как она села в машину, – пробормотал Алексей.

– Кто такой? Имя? Что из себя представляет?

– Откуда я знаю? Зовут Денис. Работал, потом пропал. Говорили, что сидел. Я не спрашивал.

– Кто говорил?

– Не помню я. Но что-то такое слышал.

– За что сидел?
– изменившимся тоном, спросил Миронов. Дае костяшки пальцев, удерживающих руль, побледнели.

– Вроде, напал на кого-то в парке, - промямлил Нелидов и шарахнулся, заметив страшный взгляд Миронова.
– Он не пил, работал, всегда был на подхвате. Какое мне дело, что он делает, вылезая из-за руля.

– Когда? Что за парк?
– Макс прибавил скорость, обгоняя впереди идущие автомобили. В его памяти вспыли давние заголовки новостей. Нападение на девушку в парке, недалеко от театра, закончилось тогда задержанием преступника. Это могло быть простым совпадением, но он уже почти был уверен, что водитель Нелидова и есть тот самый…. Страх, который атаковал его сознание, подтверждал худшие опасения. Собраться. Не паниковать. Действовать. Он не мог увезти ее далеко. Не уйдут.

– Я не знаю. Года три его не было. Может, больше. Недавно пoявился, - отвечал Нелидов, с опаской поглядывая на свирепого Миронова.

– Имя. Документы, номер телефона, прав и автомобиля, - потребовал Макс, набирая номер Андрея Кирсанова, брата Виты.
– Нужно отследить автомобиль. У тебя есть знакомые. Я знаю. Очень надо. Быстро, Андрей. Очень быстро.

Нелидов пыхтел, копаясь в бумажнике.

– Не твои, придурок, - рявкнул на него Миронов.
– Это не тебе, Андрей. Секунду, – повернулся к Нелидову. – Все данные по этому Денису. Если сам не знаешь, звони тому, кто знает.