– Я тебя больше не отпущу, – пообещал он.

– Придется отпустить.

– Как ты меня заставишь?
– он улыбнулся, снова дурея от ее близости. Ее кожа издавала терпкий аромат их неистовой страсти, действующий на него, как самый мощный афродизиак.

– Я подала на развод, – произнесла она. Смысл брошенной фразы не сразу дошел до него. Макс все еще пребывал во власти эйфории, одурманенный, соблазненный, счастливый от того, что она рядом, несет всякий вздор…

– Какой развод, Лер? го не будет, – мягко проговорил он, целуя ее шею быстрыми горячими поцелуями. Лера резко выпрямилась, разрывая объятия. Встала на ноги, глядя упрямо, яростно.

– Будет. Если не согласишься или не явишься на заседание, нас разведут автоматически, - надевая туфли, сказала она.
– Считай случившееся моим прощальным подарком.

Макс какое-то время сканировал ее пристальным взглядом. Лера поспешно приводила себя в порядок, но весь ее вид кричал о том, что ее только что поимели самым развратным образом.

– Ты сама себе не веришь, - нахмурившись, произнес он.
– Я не дам согласия.

– Никто и не спросит. У нас нет детей, а в таких случаях моего желания достаточно, чтобы поставить точку в нашей затянувшейся истории.

Макс встал на ноги, сравняв их позиции. Теперь Лера снова смотрела на него снизу вверх. Отступила назад, чувствуя, что опять проигрывает. Миронов чувственно улыбнулся, скользнув по ней долгим взглядом, заставив ее щеки вспыхнуть. Он выглядел спокойным, уверенным, задумчивым. Его взгляд ласкал ее, хотя говорила она ему отнюдь не теплые слова.

– Ты не можешь этого знать наверняка, Лер, – произнес он. Валерия в недоумении вскинула брови, не понимая, что он имеет в виду.

– Ты о чем?

– О том, что у нас нет детей. Мы не предохранялись, - уточнил он, снова вогнав ее в краску. От негодования у нее пропал дар речи. – Придется подождать, прежде чем принимать судьбонoсное решение, - он решил добить ее окончательно.

– Ты издеваешься?
– от возмущения ее голос задрожал.
– Думаешь, что это повод для шуток?

– Я не шучу, - повел плечами Миронов. – Я просто пытаюсь сказать, что нельзя исключать вариан….

– Можно и нужно! – закричала она, психанув, не дав договорить ему фразу до конца. Макс невoзмутимо наблюдал за ее истерикой, убрав руки в карманы брюк. Он так и не удосужился застегнуть ремень и рубашку. И плевать, что пуговиц не осталось почти. – Я пью таблетки, а значит, можешь смело исключить любые варианты.

Макс прищурился, задумчиво глядя ей в глаза. Выражение его лица менялось постепенно по мере того, как он приходил к каким-то своим умозаключениям. И то, как напряглась его челюсть и обозначились скулы, подумал он о чем-то малoприятном.

– Заботишься о своей безопасности, светлячок? – натянуто спросил он обманчиво-ласковым тоном. Лера вздрогнула, вызывающе вздёрнув подбородок.

– Ты видишь в этом что-то плохое? Как у тебя обстоят дела с безопасностью? Я надеюсь, что мне не придется проверяться после своего прощального подарка?

– Тебе не о чем беспокоиться, - криво усмехнулся он. – А вот мне стоит озадачиться.

– Что?
– выдохнула она потрясённо. Ладони снова зажгло от желания хорошенько вмазать по его самоувереннoй наглой физиономии. Но инстинкт самосохранения и сбитые костяшки удержали ее от опрометчивого шага. Да как он смеет? Как язык повернулся?

– Что слышала. Откуда мне знать, что ты делала два года в своем Неаполе среди богемной тусовки в компании довольно известного своими свободными нравами итальянского режиссера. Надеюсь, ты хорошо оттянулась, отхватив свой кусок свободы.

Лера стиснула зубы, чтобы не сорваться и не наговорить лишнего. Ее полыхающий гневом взгляд впился в правильные черты застывшего лица.

– Я ненавижу тебя, Миронов. Ты во вcем виноват. Еще смеешь бросаться такими обвинениями! – не выдержала. Сердце не смогло проглотить обиду. К черту гордость. Она снoва кипела, наливаясь слезами.
– Да, я отлично оттянулась. Тебе даже не снилось, насколько хорошо. Ты просто неопытный мальчик рядом с ним. Ясно тебе? Или хочешь, чтобы я продолжила?

Его лицо окаменело, почернело. Лера инстинктивно шарахнулась в сторону, приготовившись к нападению. Она видела, как сжались его кулаки,и каждая мышца налилась и пришла в движеие, как загуляли желваки на скулах, как вспыхнули яростью глаза. Он сделал шаг навстречу,и Лера непроизвольно вытянула руки перед собой, защищаясь. Она отступала, он настигал. Все, как в забытом кошмаре. Сама виновата. Знала, чем все закончится. Зачем дразнила? Слезы брызнули из глаз, старые страхи обрушились на нее с новой силой. Она задрожала, отчаянно пятясь назад,и обреченно закрыла глаза, уткнувшись спиной в стену. Лера ачала задыхаться, чувствуя, как слабеют колени. Паническая волна оказалось настолько сильной, что она практически потеряла сознание.