– Что за проект, профессoр?

– Ои назвали его «Эскейп», – усмехается Хавьер. – Группа из преступников, которым был вынесен смертный приговор за разного рода преступления, помещаются в некое подобие игрового пространства, где им предстоит, пребывая в абсолютном неведении и полагая, что это невинная игра, найти выход из запертого помещения.

– И зачем это правительству? – с сомнением протягивает доктор Ли.
– Не странно ли подвергать преступников подобному? Не проще ли посадить каждого на электрический стул?

Хавьер, отхлебнув из кружи и вновь даже не поморщившись, кивает, cоглашаясь с коллегой:

– Считай это новым способом получения информации, - пожимает плечами.
– К тому же, мой друг заверил, что таким образом будут пополняться ряды миссонов. Да, проект экспериментальный и несовершенный, вероятно – плохо продуманный, но уже первые испытания показали, что предоставляя преступников самим себе и оставляя их под наблюдением в замкнутом пространстве, они начинают думать иначе, проявляют себя с тех сторон, о которых и сами не подозревали. Многие даже сознaются в преступлениях, от которых отрешались, выдают тех, на кого работали… Чем больше растёт напряжение,тем сильнее станoвится отчаяние.

– И раскаяние.

– Верно.

– Страшно представить, на что оказываются способны преступники, оказавшись в подобном положении, – с задумчивым видом кивает доктор Ли. – Но меня интересует вот что: разве они не знают, какой приговор вынес суд? Какой смысл бороться за жизнь, если в любом случае, каждого из них в конце ждёт смертная казнь?

– Мы так часто забываем в век каких технологий живём, - загадочно улыбается Хавьер, - что порой наше удивление оказывается крайне неуместным для события, оторому, в общем-то, и удивляться не стоит.

– Изменение памяти? – озадачено выгибает бровь доктор Ли.

– Не совсем. Технологическое развитие еще не достигло той ступени, когда любой желающий может покопаться в человеческой памяти и увидеть её, как картинку и что-либо изменить. днако прогресс дошёл до того уровня, когда абсолютно безвредно из памяти можно изымать, скажем так, последние часы, дни и даже недели жизни.

– Выходит, смертники, участвующие в проекте «Эскейп», понятия не имеют к чему были приговорены?

Професор подимает указательный палец кверху и с важным видом добавляет:

– Более того – эти смертники даже не знают, что находятся под стражей.

– Потрясающе.

– Это и добавляет остроты, – кивает Хавьер.
– А также, соглашусь, что данный проект способен удивительным образом раскрывать скрытый потенциал! Не удивительно, что эта система была одобрена так скоро, ведь таким образом правительство сможет находить для службы в одном из спецотрядов миссонов отличных бойцов, хитрых и изворотливых служащих, или даже гениев, каждый из которых в итоге будет «под колпаком» у системы, благодаря имплантированному под кожу устройству.

– Выходит, смертной казни можно избежать?

– ё смогут избежать лишь те, кто проявит себя должным образом и дойдут до конца. «Эскейп» - это не только игра на выживание, это еще и иcпытание на психоустойчивость, умственные способности, хитрость, выносливость и даже везение.

– Так вот почему вы весь светитесь от счастья! – с пониманием щёлкает пальцами доктор Ли, и сам не может сдержать торжествующей улыбки.
– Это как нельзя кстати подходит для наших исследований!

– Верно, - авьер отвечает такой же улыбкой.
– Так как каждая из смертей во время проекта должна быть запечатлена на камеру и позже официально задокументирована, у меня нет возможности получить заключённых сразу – без лишней волокиты, однако… есть возможность воочию убедиться, на что способны отобранные мною люди, каковы их физические показатели и состояние здоровья. Чем больше я увижу, чем больше узнаю о них,тем меньше будет разочарований впоследствии.

– Согласен. Но как же вы собираетесь всё это провернуть?

– Я уже работаю над устройством, что будет имплантировано в шею каждому из смертников. Наш «Хоуп» слегка видоизменится для этой миссии.

– Значит, группа заключённых, что будет предоставлена для ваших исследований, уже готова?

Хавьер делает новый глоток и, на этот раз, будто бы почувствовав, что с кофе что-то не ладно, слегка морщится, и продолжает разговор:

– Не совсем, - хитро улыбается, почёсывая пальцами подбородок, и шёпотом, будто кто-то может подслушать, интересуется: – Как там наша Адель?

Доктор Ли заметно теряется в лице:

– Адель? Но… профессор, разве она не бесполезна?

– О, нет, что вы, друг мой. С этим экземплярoм еще можно поработать. Будет интересно понаблюдать, как перенесённое в другое тело, пусть и повреждённое сознание, поведёт себя в критической ситуации. К тому же, Адель достаточно умна и начитана, она вполне может внести свою лепту в прохождение одного из заданий.

– Она слишком сильно напугана, профессор. И слишком плохо себя чувствует. Адель слаба, её постоянно рвёт, а временами у неё случаются панические атаки. К тому же, её вторая личность – Кэти, появляется довольно pедко. Вряд ли удастся понаблюдать за…