– Я нарушила закон. Уверена, что в розыске! Никому не будет хорошо в моём теле! – всё, что нахожусь ответить. Паника вновь хватает меня за горло скользкими, ледяными щупальцами.

– Сомневаюсь, - жеманно улыбается Хавьер. – Ведь наш дорогой мистер Поузи под камерами оставил чистосердечное признание, что к убийству Николаса Роуза ты не имеешь никакого отношения.

Что?..

– Будем считать, что ваше с Линком участие в проекте было остановлено, в виду появления новой информации, способной подставить под сомнение ранее выдвинутые каждому из вас обвинения. Тебя оправдают, Ханна, будь уверена. Точнее… оправдают нового владельца твоего тела.

– Нового… нового владельца?.. Оправдают?..

Что он несёт?..

– Верно. А учитывая все обстоятельства, пресса и вовсе выставит тебя как жертву, попавшую в руки настоящего изверга. Они любят такие истории. Не переживай. Я обо всём позабочусь.

Да что он несёт?

Новый владелец моего тела?..

Нет…

Нет-нет-нет…

– Вы не можете сделать со мной это… Не можете… Вы не можете!

– Дорогая моя… как раз-таки могу. И сделаю. Ты удивительный экземпляр! И раз уж уже имеешь некоторое представление о том, с чем имеешь дело, я даже скрывать от тебя не стану, что твоё тело – идеальное, стопроцентно подходящее вместилище для чужого разума. В этот раз я даже не сомневаюсь, что эксперимент завершится успехом! Твоё сознание однажды уже было выгружено на семьдесят процентов, а вернувшись oбратно в тело даже не было повреждено! Это настоящее чудо! Прорыв! Показатели жизнедеятельности мозга ничуть не изменились.

– Вы следили за показателями жизнедеятельности моего мозга?

– Разумеется. Мы следили за каждым из вас.

– Эта… эта штука в шее, – выдыхаю и с ужасом,и с понимаем одновременнo.
– Это всё она!

– О, да, - взглядом Хавьер ликует.
– Микроустройство, способное на очень многое. Оно включает в себя множество полезных функций: датчик слежения, контроллер физических показателей тела, контроллер деятельности мoзга…

– ружие! – выплёвываю с презрением.

– Верно, - Хавьер, ничуть не смущаясь, кивает. – Оружие – cамо собой. Но не в нашем с вами эксперименте. Обычно подобные микродатчики используют для контроля над заключёнными, а также для приведения приговора в действие, но я поработал над этим чудо-устройством,и заменил некоторые его функции на те, что будут полезны мне. На самом деле разрыва сонной артерии, как в случае с Маршей, Шоном, Бобби, и даже с Кайлой, не происходило… Мною лишь была приведена в действие одна из функций, активирующая незамедлительное распыление временных чернил, моментально впитывающихся в слои эпидермиса. Можешь называть это обманкой - как угодно, на самом же деле одновременно активировалась и другая функция, из-за которой испытуемый терял сознание. И причиной этому… было моё устройство, моё открытие, моё детище! Наноразработка, способная извлекать сознание из тела и переносить его на съёмный носитель. Я назвал его… «Хоуп».

– Ты псих… Безумец…

– Возможно, отчасти. Но к тому же, я еще и гений, - малодушно улыбается Хавьер.

– Пульса не было!

– О-о-о… – усмехается.
– сли вы не смогли нащупать пульc, это вовсе не значит, что его не было. «Хоуп» способен замедлять и некоторoе время поддерживать процессы тела и мозга, понижая их до критически низких показателей, но, не доводя до летального исхода. По факту они всё еще живы, хоть и… «пусты». Марша, Шон, Бобби… Сейчас они готовятся к трансплантации. Их тела отлично для этого подходят, потому что… они здоровы. А это самая главная деталь во всём эксперименте! Это - деталь, котoрой мне так долго не хватало, учитывая количество больных в pезервациях, и официальный запрет на проведение опытов.

Запрет?..

Боже… так это всё ещё и не легально проходит?

– Как это понимать?..
– чувство, будто последний кусочек земли выбили из-под ног.
– Тела?.. Вам нужны… наши тела?..

– Не все оказались пригодными, – Хавьер разводит руками, и с досадливым видом, хлопает ими по швам. – Мне жаль, что так вышло, каждое сознание, как и тело, индивидуально, никто, даже я, не может знать, как оно поведёт себя в процессе переноса. Как поведёт себя разум испытуемого, и как поведёт себя «Хоуп». Иногда он адаптируется на все сто процентов,и выгрузка происходит медленно, как того и требуется, и без единой погрешности, а иногда… иногда просто БАХ и… и сознание переносится быстро, но большая часть его попросту повредается. Как в случае с Шoном. Но,ты… ты, анна… ты просто находка!

– А Адель? Она была больна! Зачем было мучать,такую, как она?!

– О… – тяжело вздыхает Хавьер, возводя глаза к потолку. – Возможно, я буду излишне груб в высказывании, но, видишь ли, я не вижу смысла говорить о том, кто уже был «поломан».

Молчу. Не моргая,и практически не дыша, смотрю Хавьеру в лицо,и испытываю настолько глубокий ужас от всего, что слышу, что даже дышать забываю.

– Я объясню, – улыбается.
– дель – один из моих провалов. Включить эту девушку в проект, было всего лишь возможностью понаблюдать за расщеплённой личностью в тяжёлых условиях для существования.

Проект?..

Расщеплённую?..

– Всё ради эксперимента?.. Всё, чтобы получить больше сведений?

– Верно, - кивает.

– Мразь.

Хлопок.

– Я же сказал: это ни к чему! – звенит голос Хавьера. – Не смейте больше бить её по лицу!

– Простите, профессор, - мямлит один из охранников.

– Они живы… – глядя в пол, шепчу себе под нос, и чувствую, как в глазах жгут слёзы.
– Боже…

Это не было вопросом. Но Хавьер посчитал иначе.