Она очень даже энергично выметается с поля боя, но на прощанье, уже в дверях, все-таки крутит пальцем у виска. Просто выдающаяся смелость, куда деваться.

— Машка, дура, я же для тебя! — орет Влад.

— Для меня решил поучаствовать в сносе единственного детского сада на весь район?! — тоже ору я.

— Нет, блин, я выкупил почти все строительство! Чтобы запороть к чертям все! Заморозить! Пошел на поганую аферу. Из-за тебя! Чтобы ты не плакала!

Вот как так: чтобы я не плакала, а я реву. И горло сдавливает от слез, и почему-то хочется вытереть глаза моим воображаемым лисьим хвостом.

— Правда… ради меня?

Влад хмурится, налегает бедрами на стол и немного нервно тянет узел галстука. Какой он у меня все-таки Мистер Совершенство, эх. А я его хотела, вот этим вот… недоразумением, по голове. Запихиваю потрепанный цветок обратно в вазу и бочком, виновато, к нему.

— Конечно, ради тебя, Мальвина, — все еще хмурится он. А потом хищно поднимает одну бровь — ох, мое сердце падает туда, где неприлично сказать! — и совершенно деловым тоном интересуется: — Как будешь извинятся за свое плохое поведение, солнышко мое невоспитанное?

— Разрешу повезти меня в горы, — мило улыбаюсь я.

— А как же секс на столе? — ворчит он.

Официально подтверждаю: мой муж просто неисправим.

Теперь, когда буря миновала, Влад берет меня за талию и запросто, хоть я визжу и брыкаюсь, усаживает на стол. Упирает руки по обе стороны моих бедер и строго, словно стиляга-практикант симпатичную школьницу, спрашивает:

— Маша, а ну скажи мне, ты что здесь делаешь?

Я, конечно, понимаю, что он не собирался ничего такого делать с этой… зеленью, но как подумаю, что она была здесь минимум два раза, так и подворачивает. И грех об этом не напомнить, и не сделать внушение на будущее. У нас же вроде как оно теперь общее должно быть, хоть очень серьезно на эту тему еще предстоит поговорить, главное, подловить удобный случай. А то за чашкой чая вроде как-то не очень звучит: «Влад, а какие у тебя на меня планы?»

Кстати, да, я именно из тех женщин, которые любят все по полочкам, чтобы было прозрачно, понятно и железобетонно. Потому что только тогда я смогу спать спокойно. С ним.

— Скажу, как только ты скажешь, почему всякие Шеворские ходят тут, как у себя дома, — очень стараюсь язвить я, но получается так, будто мне обидно. Наверное, потому, что мне и правда обидно. Понимаю, что Влад меня не обманывал и не было ничего такого, о чем бы стоило рассказать в обязательном порядке, но должна же я покапризничать, в конце концов.

Влад хмурится и взглядом спрашивает, действительно ли я хочу продолжить. Очень серьезно киваю, а он потихоньку отодвигает на край стола какую-то несуразную зеленую штуку для ручек. Наивный парень.

— Маш, она действительно моя бывшая, — сосредоточенно говорит Влад. Нет, не виновато, но ему явно неловко говорить об этом со мной.

Я вздыхаю, кладу обе ладони ему на плечи и голосом апостола Петра — я думаю, что это звучало бы примерно так — говорю:

— Облегчи душу, станет легче. Я понимаю, что от хорошей жизни с Брокколи не спариваются.

Мой красавчик муж морщится, кривит рот, очень стараясь удержать смех, но я, все так же изображая Большого Босса, киваю, и он смеется куда-то мне в сгиб шеи. Зарывается носом под ухо и между прочим целует, обдавая кожу теплым дыханием. Жмурюсь, довольная, и приказываю себе не шевелиться, пока у мужа такой романтический настрой. Хотя, кажется, он у меня вообще любитель нежностей. Даже если иногда моя пятая точка с этим утверждением категорически не согласна.

— Это было до тебя, — кается Влад. — Тогда я еще не мог видеть разницу между Земляникой и Брокколи.

— Земляникой? — переспрашиваю я.

— Есть еще вариант с патиссоном, но его я приберег для случая, когда поблизости не будет предметов, которыми ты сможешь разбить мне голову.

— Ты просто на глазах эволюционируешь, — наигранно всплескиваю руками.

— Есть хочешь? — вдруг спрашивает Влад и смотрит на часы. — Я бы мамонта съел. Можем в ресторан сходить.

— Ты шутишь? — Я выразительно окидываю взглядом свой совсем не ресторанный наряд.

— Тогда будем ужинать здесь. Не люблю потрошить душу на голодный желудок. Подождешь немного? Мне нужно сделать еще пару звонков?

Сегодня суббота, поэтому большая часть сотрудников его офиса уходят до того, как нам привозят доставку. Влад ставит кресла друг напротив друга, усаживается и кладет ноги на то, что стоит напротив, предлагая мне сесть сверху.

— Тебе не кажется, что мы не настолько близки для этой позы? — интересуюсь я, ерзая мягким местом чуть выше его колен.

— Ну попытка все же удалась.

Он протягивает мне коробочку с огромным сочным стейком и салатом. Я кое-как даже умудряюсь порезать мясо пластмассовым ножом, и Влад тут же демонстративно открывает рот. Так и ужинаем: кормим другу «с ложечки», и под это дело Влад рассказывает, как его угораздило связаться с этой женщиной. Нет, он над ней не смеется и ведет себя очень по-мужски: просто говорит, что раньше его жизнь была такой: красивые женщины, короткие романы без обязательств.