Пафосно, с придыханием в голосе Эрик пытался добиться отклика. Не равнодушия, но выяснения отношений, чтобы зацепиться хоть за что-нибудь в попытках манипулировать. Его глаза зло поблёскивали, обещая многие неприятности и возмездие в будущем за то, что он тут пытается меня удержать.

Нет-нет-нет! Это я раньше хотела высказать претензии, указывая на затёртые следы помады на рубашках и томные удовлетворённые женские взгляды наподобие тех, что бросала сегодня на Лопаточкина подруга Инга. На алкоголь и придирки, когда мужчина был не в настроении. На ревнивые истерики без повода. Да на многое, чему красноречивый де Лавье находил тысячу оправданий, порой пытаясь сделать меня виноватой. Сколько помнила наши встречи, он больше брал, ничего не отдавая взамен. Было удобно видеть рядом спокойную женщину, не закатывающую истерик, обслуживающую его по первому требованию.

Сейчас же я смотрела на бывшего и понимала, что сравниваю. Сравниваю его с Ридериком. Дракон хотя бы старался в отношениях. Он шёл на уступки, пытаясь делами доказать свои чувства. И пусть обоюдное недоверие сильно омрачило память о нас, с Ридом я чувствовала себя легко. Он был каким-то... настоящим. Искренним. Несмотря ни на что. Несмотря на вспыльчивость и эгоистичность, несмотря на существование гарема и те, последние слова, сказанные Алиа, о двусмысленности которых я уже успела догадаться.

— Ева! — Эрик снова привлёк моё внимание. — Ты не можешь выбросить меня, наши отношения в мусорку!

— Послушай. Мы можем сотрудничать и дальше.

— Мне этого мало, — поморщился мужчина.

Мы стояли в сумерках под светом уличных фонарей на площадке перед воротами Мельской, когда внезапный порыв холодного северного ветра заставил меня закутаться в кардиган и поёжиться. Юбка облепила ноги, на нос упала ледяная капля.

— Снег? — Эрик запрокинул голову, щурясь на свет. — В сентябре?

Сердце вдруг забилось чаще, когда я увидела редкие тяжёлые хлопья, медленно летящие к земле.

— Рановато тепло кончилось, — констатировал Лопаточкин, подставляя ладонь под мокрые снежинки. — Хотя о похолодании предупреждали.

Снег? Ранний снег? Я улыбнулась собственным мыслям, быстро открыла кованую массивную дверь, пока Эрик не спохватился, и чуть ли не побежала к припаркованной возле забора машине. Господи! Сколько времени я буду видеть в природных катаклизмах проделки дракона, которого здесь по определению быть не должно?

Ридерик заперт где-то там, в другой реальности. Но даже если это и он...

Я смотрела на летящие в ночи деревья вдоль трассы и отчётливо понимала, что жду сказки и жажду встречи, если таковой суждено быть. Я соскучилась по мужчине с серыми ледяными глазами и бархатистым голосом, которым он нежно шептал ласковые слова. Пришлось снова это признать, равно как и то, что на других мужчин смотреть пока не получалось.

Возле дома порыв холодного ветра настиг меня снова. Я расплатилась с таксистом, прошла через арку в тихий небольшой дворик и неожиданно оказалась в снежном водовороте. В жёлтом свете фонарей вокруг меня завихрялись снежинки. Их было не много. Они мерцали и поблёскивали. Несколько упали на подставленную ладонь, но не растаяли. Так и лежали, пока я не стряхнула их на землю. Но и тогда они опять взметнулись и закрутились в танце стихии.

Зрелище зачаровывало. Теперь я понимала, что вокруг — колдовство. Маленькие пушистые точки кружились всё сильнее, объединяясь между собой, пока не стали отчётливо читаться контуры цветка. Я протянула руку, и на ладонь упал небольшой белоснежный бутон. Тонкие мягкие лепестки были плотно прижаты друг к другу, переливаясь гранями на свету.

— Милай-а, скажи, где здесь находится третий подъезд дома осемь? — громом среди ясного неба раздался сзади женский скрипучий голос.

Наваждение тут же пропало. Бутон вмиг превратился в холодную воду, стекая между пальцев на землю. Я быстро повернулась. Низенькая старушка в пуховом платке смотрела на меня озадаченно.

— Милай-а. Чагой задумалась? Нездешняя, что ль?

— Там, — махнула я мокрой рукой в нужном направлении.

— Бог с тобой, милай-а, — закряхтела старушка, — А то заблудилась малость. И народу нет. Спра-асить не у кого.

Я смотрела вслед женщине, плетущейся в сторону указанного дома. Ридерик меня нашёл. Да и кто это, если не он? Вдруг сердце забилось чаще. От радости. От волнения. Вне сомнений, это магия Ледяного дракона. Или... Или мне пора обратно в ту клинику. Теперь уже лечить галлюцинации.

Дамиан был в лёгком недоумении. В замешательстве смотрел на незнакомку. Та, за кем он пришёл, сбежала. Везучая, мерзавка! Пригрел, доверил дом, а что получил взамен? Выкрала книгу легенд и продала в одну из дешёвых лавок! Что двигало этой человечишкой — неизвестно, но старый букинист уже никому и никогда не расскажет про увиденные им летописи драконов. Журналистка тоже умолкла. Фотографий больше нет.

Пришёл черёд Натальи поплатиться за воровство и предательство, но вместо неё на полу сидела девчонка в дорожном платье не самого плохого кроя. Страх в синих глазах раздражал, а наряд гостьи сильно напомнил мир, где Тарийский виделся с драконами в последний раз.