– Готовы? – кивнул ему Хан, на что тот лишь что-то буркнул в ответ, махая рукой другим мужчинам в гараже, которые были так же в черных костюмах, а еще вооружены, и рявкнул:

– Занимайте машины, скоро выдвигаемся!...

Кажется, все мужчины были собраны, сдержаны и, по всей видимости, готовы к подробному стечению обстоятельств, кроме меня, отчего я чувствовала себя маленькой, белой, дрожащей овечкой в стане безжалостных, хладнокровных волков, пока смутно понимая, что я здесь делаю и как оказалась среди них.

Уже даже и в мыслях не было, что может пойти что-то не так, когда появился неожиданно Каан, рявкнув Хану что-то отрывисто и злобно, отчего тот буквально оскалился, крикнув в свою очередь Рею быстро и резко:

– Времени больше нет! Скорее!

Смысл этих слов я поняла, лишь когда дверь гаража буквально вылетела с оглушительным грохотом и столпом огня, закричав и чувствуя, как ладонь Хана закрывает мне рот и он прижимает меня собой к полу, рывком открывая дверь одной из машин, которая находилась к нам ближе всех остальных. Одна из тех трех совершенно идентичных машин, что стояли в гараже и за которым попрятались все мужчины, начав перестрелку.

– В машину, быстро! – рыкнул мне Каан, буквально силой затаскивая в нее на заднее сиденье, и отталкивая Хана в сторону, когда из-за машины появился как-то человек и раздался оглушительный выстрел. Один из сотни звучащих в гараже, словно безумная какофония смерти, отчего не было слышно, что кричали друг другу мужчины, когда Каан выхватил откуда-то из-за спины второй револьвер, а Хан вдруг кинулся на мужчину безоружный, но такой злобный и свирепый, словно демон возмездия, оглушив его и отправив в глубокий нокаут одним резким, мощным ударом, отчего тот просто ничком повалился на пол, как мешком с камнями.

– Прекращай играть в супергероя, мать твою! – рявкнул Хан на Каана, толкая его к передней двери машины, – Садись и поехали!

Забившись в угол заднего сиденья, я освобождала место для Хана, содрогаясь всем телом и стуча зубами от ужаса того, что разворачивалось перед моими глазами, словно я попала на съемки какого-то криминального боевика, отчаянно и судорожно молясь в душе, чтобы никто не пострадал, когда Хан вдруг снова дернулся вперед, не успев занять своего места, чтобы уложить одним ударом очередного мужчину.

– Сиди тут и никуда не дергайся! – крикнул мне Каан, выскакивая вперед на помощь к Хану, который, не боясь быть раненным, сошелся в рукопашном бое с несколькими из очевидных врагов, пока я забилась буквально в судорогах, не понимая, как отличать своих от чужих, потому что все мужчины вокруг были в темных одеждах и с оружием на перевес, глядя на происходящий хаос, словно в замедленной съемке, когда увидела, как Рей рванул к Хану тоже, раскидывая на своем пути всех и вся – и своих и чужих, что-то крича и кидая ему свое оружие.

Хан не услышал друга из-за оров, криков и десятков оглушительных выстрелов, когда пистолет приземлился возле машины, и я с ужасом поняла, что Хана и Каана практически окружили недруги.

Мне казалось, что на несколько секунд стало тихо, потому что сердце грохотало в висках так сильно и громко, что заглушало собой все остальные звуки, когда я поспешно выбралась из машины, подбирая дрожащими руками черный, тяжелый и холодный револьвер, крикнув тому, кто был ближе всех ко мне – Каану…

Он услышал и обернулся, поймав револьвер скорее по инерции, чем поняв, что именно и для чего я ему кидаю, растерявшись, когда его глаза округлились, он вдруг закричал громко и надрывисто:

– Кош!!!!!

Если бы только я понимала, о чем он говорил, вздрогнув, когда почувствовала странный обжигающий укол в бок, почему-то вспомнив давно умершую бабушку. Почему именно её?....

Бабушка жила в пригороде, и на каждые каникулы мы приезжали к ней, проводя все лето – душистое, веселое и яркое, когда мама варила сладкий джем, и я его тут же съедала. А я собирала цветы, делая из них украшения для волос….а еще у бабушки были пчелки. Я их любила и не боялась, но лишь до тех пор, пока неожиданно меня не ужалила одна из них в ногу.

Почему я подумала о пчелах, находясь в гараже, где бились мужчины и звучали крики и выстрелы?

Потому что сейчас у меня было ощущение, что меня снова ужалила пчела.

Только не в ногу, а в правый бок, отчего там зажгло так сильно, что я поморщилась, приложив ладонь к боку, с удивлением почувствовав, что она стала влажной и слегка липкой.

Нет, не было ни паники, ни страха, я вздрогнула и испугалась, лишь услышав, как одновременно закричали Хан, Каан и Рей, расталкивая мужчин и кидаясь ко мне.