– Спасибо! – прошептала я, переполненная чувствами, и готовая буквально броситься к Каану, чтобы крепко обнять, но не посмела даже шелохнуться в его сторону, встретившись с его колким, недовольным взглядом, отрывисто кивнув и осторожно поднимая со стола легкий и плоский ноутбук, который вынесла из комнаты, словно самую большую в мире драгоценность, широко улыбаясь и вытирая слезы, оттого, что в эту самую секунду бабушка улыбалась, о чем-то разговаривая с женщинами. Было очевидно, что ей там хорошо и уютно, а это все, что было мне нужно, чтобы продолжать жить дальше…только бы еще дождаться Хана и понять, что с ним все хорошо.

Поставив ноутбук на кровать, я растянулась рядом, наблюдая за бабушкой часами, и убеждаясь все больше и больше, что ей нравится в той светлой большой комнате.

Так прошел целый день. И еще один за ним…

Мой позитив сгорал внутри, словно свеча, оставляя в душе лишь капли воска, которые остывали, отяжеляя душу и накрывая меня удушливой темнотой.

Хана по прежнему не было… на все мои осторожные вопросы о нем, Каан всегда дергался и отвечал сухо и недовольно, что у него масса дел и Хан приедет, как только сможет.

Чтобы не сойти с ума от ожидания, находясь постоянно в четырех стенах спальни, где все было пронизано духом Хана, большую часть времени я проводила на кухне, готовя Каану завтрак, обед и ужин. За которые не получала даже сухого «спасибо».

Моим единственным развлечением был ноутбук, где я отыскала рецепты турецких блюд, которые старалась готовить, не зная, как еще могу порадовать замкнутого и вечно недовольного Каана, что за эти дни ни разу не покинул дома, и почти постоянно находился в кабинете.

Теперь я не уносила подносы с едой к нему, оставляя приготовленное на столе, и поднимаясь к себе, чтобы потом, спустившись снова, обнаружить лишь чисто прибранный стол и даже вымытые тарелки, аккуратно расставленные в шкафу. Каан никогда ничего не говорил по поводу моей готовки, но съедал все, что меня радовало.

Вот и сегодня, не зная чем себя занять в очередной раз, я спустилась на кухню, отыскав в интернете рецепт турецкой сладости с интересным названием «тулумба», и надеясь, что Каан будет доволен этим. Вроде готовилась она быстро и без особых сложностей.

Одевая фартук и готовя кастрюлю, я впервые услышала, как хлопнула входная дверь, на секунду застыв и сначала подумав, что мне это просто показалось.

Сердце дрогнуло, пока не в состоянии понять, пугаться или радоваться, но застучав тяжело и оглушительно, когда я вылетела из кухни, ахнув, потому что увидела на пороге высокую мощную фигуру, как всегда облаченную в узкие джинсы и кожаную куртку.

– Рей! – кинулась я к мужчине, который застыл в дверях удивленный и явно растерянный, совершенно не ожидающий моего появления, и уж тем более того, что я обниму его, словно родного.

– …привет, Аля, – откашлялся он, явно пытаясь скрыть неожиданное смущение, и чуть склоняясь ко мне, но не пытаясь обнять в ответ, потому что на лестнице показался Каан, окинувший нас своим колким, как всегда крайне недовольным взглядом.

Мужчины даже не пытались поздороваться друг с другом, когда их глаза встретились, не пылая особой приязнью, и Каан молча кивнул головой, приглашая тем самым Рея подняться наверх, по всей видимости, в кабинет.

– Ты в порядке? – приглушенно спросил Рей, окинув меня быстрым взглядом, на что я так же быстро кивнула, не уверенная в том, была ли я на самом деле в порядке, когда Каан поднялся наверх, не дожидаясь Рея, и оставляя нас на какое-то время наедине.

– Спасибо за бабушку… – прошептала я, чувствуя, как слезы собираются в уголках глаз, как бы я не пыталась держать себя в руках, не в силах выразить словами, настолько я была благодарна за то, что ужасы мира бандитов не коснулись ее и не стерли улыбку с ее лица.

– Это моя работа, – просто повел плечом Рей, быстро посмотрев на лестницу и зашагав к ней, когда обернулся ко мне, встав на первую ступеньку, – ты на кухне?...

На мой отрывистый кивок, он быстро проговорил быстро и приглушенно, прежде чем поднялся наверх, скрывшись за углом коридора:

– Приготовишь мне что-нибудь? Я зайду к тебе чуть позже.

– Конечно.

Неужели хотя бы у Рея получится узнать хоть что-нибудь?...

Я запорхнула на кухню, торопливо принявшись готовить завтрак для того, кого уже знала и воспринимала практически как родного человека, каждую минуту глядя на милые настенные часы, которые были оформлены в виде большого цветка, словно чайная роза.

Время тянулось ужасно долго, заставляя меня метаться по кухне и ронять из рук то одно, то другое. Понять не могу, как я умудрилась приготовить еду, не порезавшись, не прижигая пальцы и вообще не убившись, сделав даже тулумбу, которую сложила в большую тарелку, поставив ее в ожидании Каана, и надеясь, что она будет хоть немного похожа на ту самую настоящую сладость, которую он скорей всего ел, вот только любил ли….