Второй этаж. Водитель сказал, что Искру можно будет найти на втором этаже.

Туда я и пыталась пробраться, лавируя между десятков танцующих, пьющих и обнимающихся тел, которые не обращали никакого внимания на меня и мои попытки остаться незамеченной.

Ошибки быть не могло. Искандер действительно был на втором этаже…

И его сложно было не заметить, пока наш знойный красавчик танцевал, забравшись прямо на барную стойку и совершенно не обращая внимания на бедного бармена, который махал руками, пытаясь привлечь внимание к себе и явно не представляя, каким образом можно снять любителя танцев с места своей непосредственной работы.

Надо сказать, что двигался Искандер, прямо скажем, отлично. Попадая в такт музыке, он очень заманчиво раскачивал своим стройным телом, на что реагировали все девушки, которые по счастливой случайности оказались на втором этаже этого явно элитного заведения в вип ложах.

Искандер был в своей благодатной среде обитания – веселый, довольный, счастливый и пьяный, привлекающий на себя все взгляды.

Он был пупом этой шумной земли.

Ярким светилом, который озарял всех своей озорной бесшабашной улыбкой.

Он был такой красивый и очарователый, когда хохотал над криками девушек: «Раздевайся!!», подмигивая в толпу и приподнимая на животе свою рубашку, слыша, как крики усилились, а он расхохотался, запрокидывая голову.

Да, это был его мир, в котором он плавал, словно рыба в воде.

И все было бы неплохо, по крайней мере, красавчик был, жив, здоров и явно весьма доволен.

Но были и проблемы. Большие такие, и толстые.

А еще лысые, и с большим количеством татуировок, у которых по классически заведенной схеме обязательно были блондинистые и грудастые девушки, которые в эту самую секунду своими глазами пожирали Искандера. Мало того, что пожирали, так еще и залезали на столики, чтобы вслед за Искрой изобразить несколько пьяных танцевальных па, а заодно обратить на себя побольше внимания.

И проблема была в том, что они обратили, вот только их большие и толстые мужья, явно собирались ломать ноги не своим возлюбленным, а тому, на кого они жадно пялились, начиная крутить своими задами, что Искандера на барной стойке веселило еще сильнее.

Беда была явно на подходе….а Хан так и не отвечал, сколько бы я не набирала его номер!!!

Когда явно замучавшись дергать свою белобрысую любовь, один из мужчин, поднялся из-за столика, что-то рыкнув и взяв в руки бутылку, меня бросило в холодный пот, оттого, что Искандер этого не видел, продолжая танцевать и привлекать все большее внимание благодарной и не очень публики.

Я ринулась к нему, расталкивая на своем пути танцующих и орущих девушек, стараясь пробраться к стойке быстрее того жуткого мужчины, пока не представляя, как смогу стащить сверху того, кто был намного больше меня.

Я не могла кричать, не могла привлечь внимание Искандера, пробираясь к нему, вздрогнув, когда уже возле стойки услышала вопль самого Искры:

– А вот и мой пупсииииииик! Моя ясноглазая девочка!!! Иди ко мне, идииии!

Не прошло и секунды, как мир перед моими распахнутыми глазами вдруг закружился и перевернулся под каким-то жутким углом, а затем крепкие руки обхватили меня и не опускали, даже когда под ногами снова появилась твердая земля…вернее барная стойка! И руки Искандера принялись меня в наглую тискать и крутить из стороны в сторону под звуки музыки.

– Мой сладкий пупсик!...

Когда Искандер развернул меня спиной к себе, обняв руками и принявшись раскачиваться, развернув лицом к толпе, я на секунду выпала из жизни от шока…внизу толпилось несколько десяток обезумевших от криков людей, которые что-то визжали кричали, размахивали руками и бутылками, а я стояла словно на постаменте или жертвенном столе, обнимаемая другим мужчиной, которого пока что даже другом своим не считала! И при этом не могла говорить!

Дрожь пробрала так резко и сразу, что я покачнулась в руках Искандера, отчего он обхватил меня еще сильнее, принявшись что-то еще и напевать за моей спиной, продолжая двигаться.

Я пыталась сопротивляться, пыталась показать, что не хочу, понимая, что ничего не смогу объяснить пьяному Искандеру, когда он вдруг склонился надо мной, проговорив в ухо, чтобы я могла услышать даже через грохот музыки и ор толпы:

– ..ты вся дрожишь, пупсик….холодно?

Я активно замотала головой, цепляясь пальцами в его руки, надеясь, что даже сквозь свой пьяный угар и веселое настроение он сможет все правильно понять и догадаться.

– Боишься?

Да! Да! Меня пугала эта ситуация, его поведение и то, что тот жуткий тип по-прежнему пробирался к барной стойке с бутылкой в руках.

– Высоты боишься?

Я закивала снова, чувствуя, как он ослабил свои объятья и сделал шаг назад: