— Лавка зелен… Погоди, какая лавка? Какой двор? — перебив чародея, недоуменно выдавил гость. — При чем тут?..

— Ты же сказал, что тебе нужны финики? И батат? И птица? — не совсем уверенно проговорил маг.

Посетитель моргнул непонимающе, и вдруг откинул голову и натужно расхохотался.

— Ха! Лавка зеленщика! Птичий двор! Ха-ха-ха! А белый шаман шутник!.. Но мне не нужны финики, и куры тоже!

— А что тогда?..

— Мое имя Кваку Квам Кваси Квези Квеку, — важно сообщил визитер, словно ожидал, что это объяснит всё и сразу.

Но когда ожидаемое не сбылось, он лишь пожал округлыми плечами и терпеливо продолжил:

— Пришел я к тебе по важному вопросу. Я — владелец портовых складов и пристаней в южной части порта… хотя пристани к тому делу, что у меня к тебе есть, отношения не имеют… Короче, чтобы не тянуть слона за хобот, скажу сразу. Мне нужен голем.

— Зачем? — насторожился атлан.

— Зачем? — прогудело сзади.

Узамбарец подпрыгнул с разворотом, точно между лопатками его только что укусила змея, и обвиняюще уставился на безмолвную гранитную фигуру.

Ни одна пылинка не упала с неподвижной физиономии Каменного Великана, пока один человек пожирал его испуганным взглядом, а второй — тоже взглядом — пытался то ли телепортировать его сквозь стену, то ли расплавить до консистенции вулканической магмы.

— Это он сказал? — неуверенно проговорил посетитель.

— Это… э-э-э… эхо! — гневно сверкая очами и скрипя зубами за его спиной, прорычал чародей.

— Но в глинобитной хижине…

— А-а-а… это… Остатки вчерашнего заклинания! — отмахнулся от сомнений атлан. — Бродячие гармоники! Реверберация и дифракция! Мультипликация аудиоимпульсов!

Гость, из всей короткой речи понявший только слово «бродячие», опасливо глянул на пол, словно ожидая увидеть там кусачую собаку, поджал — на всякий случай — ноги под стул, повернулся к Анчару и нервно продолжил:

— Дело в том, белый шаман, что в последнее время нечистые на руку людишки… эти дети гадюки и скорпиона… да отсохнут их руки… да перестанут их ноги носить по земле… да растопит их мозги луна, при свете которой они совершают свои гнусные набеги… Короче, эти негодяи все чаще стали забираться в мои склады. Они иногда подкупают сторожей, иногда подпаивают или просто оглушают[35]. Для меня это убытки. Для моих клиентов это убытки. Для моей репутации это огромные убытки!

Кваку Квам Кваси Квези Квеку театрально воздел руци горе, и толстая физиономия его омрачилась всеми оттенками мировой скорби.

Глаза Анчара вспыхнули пониманием и надеждой.

— Ты хочешь сказать, что тебе нужен сторож, которого нельзя было бы ни подпоить, ни подкупить, ни оглушить?

— Именно! — завскладами моментально перестал сокрушаться и расплылся в радостной улыбке.

— Я. Гото…

Велик прикусил губу, завскладами свалился вместе со стулом и Анчар замахнулся кулаком в лучших традициях Дифенбахия, швыряющего молнии, почти одновременно

— С-сто л-лишайных б-бабуинов… — толстяк, запутавшись в длиннополой накидке и ножках — своих и стула — возился на земляном полу, пытаясь встать. — У т-тебя т-тут… п-прямо… д-дом с п-привидениями…

Велик двинулся было поднимать гостя, но вовремя вскинутый кулак волшебника остановил его и заставил вернуться на исходную позицию.

— Стандартное жилище мага, — обиженный за свое обиталище, буркнул атлан и, не забыв угостить неблагонадежного подопечного палящим взором, склонился над толстяком. — Руку давай.

— С-спасибо, — торопливо пробормотал тот, поднялся, водрузился на кровать и умоляюще воззрился на Анчара: — Не мог бы ты своего… э-э-э… голема… переставить в другое место? Пожалуйста? Эти штуки жутко меня нервируют, когда не могу их видеть. И когда могу, кстати, тоже. Что бы ни говорили, но ты или человек, или куча камня или железа. Но не одновременно. Я всё понимаю, что они всё равно, что… ну, топор, скажем… или мастерок… то есть, инструмент… и делают только то, что им человеком велено, но… У меня от одного взгляда на них мурашки по коже табунами начинают носиться.

— Выйди во двор, — сурово мотнул головой Анчар, и Велик, в кои-то веки не уточняя и не комментируя, покорно поплелся наружу.

Дождавшись, пока дверной проем, он же дыра, снова наполнится солнцем, узамбарец откашлялся, сосредоточился, вспомнил, зачем пришел и на чем остановился, и продолжил:

— Так вот… значит… такие вот у меня делишки… как на банане шишки… И долго я думал… и совершенно случайно услышал про тебя и твоего монстра… Короче, я был бы тебе чрезвычайно признателен… в денежном эквиваленте… если бы ты продал мне его…