— Ты! — Взревела девчонка и, вспыхнув, словно маков цвет, умчалась прочь, только толстая коса иссиня-чёрных волос хлестнула по лицу Ярослава.

— Слышал? — Хмуро спросил Беленький, даже не попытавшись встать с небольшой библиотечной лесенки, на которой сидел во время разговора с подругой.

— Слышал. — Согласился я, и тут же перебил уже готового высказаться Ярослава. — Не имею привычки сплетничать.

— Извини её. — Вздохнул парень. — Дура, она и есть дура.

— Пф. Ерунда. — Отмахнулся я. — Мне нет до неё дела… Обиделся?

— Как ты сказал? Мне нет до неё дела, да? — Выжал из себя тусклую улыбку Ярослав.

— Дурак и дура… хм, хорошая парочка. Взаимодополняющая. — Ухмыльнулся я.

— А в лоб? — Осведомился он.

— Но-но! Я отличник, меня нельзя в лоб! — Я чуть отодвинулся. — Кто потом будет статистику цикла вверх тянуть?

— Паяц. — Констатировал Ярослав.

— Шуты, как тайные советники, чтоб ты знал, всегда ценились королями больше, чем советники обычные. — Подняв указательный палец вверх, наставительно произнёс я. Беленький изобразил скепсис. — Не веришь? Сравни количество казнённых королями советников и шутов, сам всё поймёшь.

— Интересная точка зрения. — Протянул Ярослав и, чуть замявшись, спросил, — и что же ты посоветуешь… тайно?

— Любишь? Мирись. — Перефразировав фразу из неизвестного здесь фильма, произнёс я.

— Как ты себе это представляешь, после того, что она мне здесь наговорила? — Фыркнул мой собеседник.

— А вот это уже другой вопрос. — Улыбнулся я, мысленно потирая ладошки. А что, хорошая возможность протестировать новую поделку и решить проблему, в которой рано или поздно, но виновным признают именно меня. По крайней мере, в том, что Ждана обязательно придёт к такому выводу, я не сомневаюсь. Оно мне надо?

Идея нового воздействия пришла мне в голову, когда я был в гостях у Светланы. Это был не первый мой визит, но, обычно мы приезжали к ней после занятий в гимназии, чтобы поработать над созданием конструктов, иногда делали вместе домашние задания, после чего я торопился вернуться к Бийским, где меня ждали дела по хозяйству и очередные тренировки под началом деда Богдана и тётки Ружаны. Но в тот раз всё было несколько иначе. Отчего-то смущённая девушка попросила перенести наше пятничное занятие на следующий день, и я, прикинув в уме свои планы, согласился.

Первая суббота октября выдалась тёплой и солнечной. Настроение у меня было замечательным, так что к дому Светы я подъехал с широкой улыбкой… которую моментально стёр поток чьёго-то внимания, просто-таки продирающей до нутра своей подозрительностью и каким-то странным предвкушением.

Настороженно оглядевшись по сторонам, я загнал летягу во двор и, аккуратно опустив её наземь, выбрался из седла. Честно говоря, я ожидал, что на пороге дома меня встретит Света, но вместо неё я увидел незнакомую женщину средних лет. Догадаться, что передо мной стоит мать девушки, труда не составило, благо сходство было налицо, в буквальном смысле этого слова. А кроме того, я, наконец, понял, чьё именно внимание так насторожило меня перед въездом во двор. Вот когда я поблагодарил уроки Ружаны Немировны по здешним правилам приличия.

Вынув из кофра небольшой свёрток с купленной в одной из городских лавок жестянкой довольно дорогого индийского чая, которую возил с собой специально для такого случая, я поднялся по ступеням крыльца и вежливо улыбнулся.

— Доброго дня, Рогнеда…

— Просто Рогнеда, молодой человек. — Улыбнулась она, принимая из моих рук презент.

— Ерофей Хабаров. — Кивнул я в ответ.

— Наслышана-наслышана. Моя дочка о тебе все уши прожужжала. Ты же не против обращения на «ты»? — Приподняв тонко очерченную светлую бровь, проговорила она. — Вот и замечательно. Надеюсь, ты ещё не завтракал?

— Не успел, честно говоря. — Признался я.

— Вот и хорошо. — Кивнула Рогнеда. — Светлана приготовила замечательный завтрак и, кажется, я знаю, для кого она так расстаралась.

— Ма-ам! — Из сеней раздался то ли писк, то ли восклицание, и на пороге возникла Света. Взглянула на меня и, тут же отведя взгляд, сообщила. — Всё на столе.

— Идём-идём, дочка. — С нескрываемой улыбкой произнесла Рогнеда. — Проходи, Ерофей.

Завтрак действительно оказался выше всяких похвал, но вот то, что было потом… я знаю, что такое допрос, и какими они бывают, сталкивался в своё время. И могу сказать, не преувеличивая, матушка Светланы оказалась большим мастером этого дела. За час беседы, меня измерили, взвесили, выпотрошили и вывернули наизнанку, и всё это под чай с плюшками, с милой улыбкой и без единого намёка на давление. Страшная женщина…

Постепенно, разговор зашёл о наших со Светой тренировках и ментальных воздействиях, вообще. Светлана похвасталась матери своим «снежным» котом и, кажется, эта демонстрация произвела на Рогнеду куда большее впечатление, чем моя биография, которой и был, в основном, посвящён недавний «допрос».

— Интересно-интересно. — Произнесла женщина, внимательно рассматривая охотящееся за солнечным зайчиком, иллюзорное животное. Я прямо-таки чувствовал исходящие от неё потоки внимания, чуть ли не по сантиметру «ощупывающие» подаренный Свете конструкт. — И что он умеет?