— Чудненько-чудненько. — Промурлыкала женщина, наблюдая за метаниями дочери по кухне. — Главное, теперь, не дай ему сбежать до знакомства со мной.

Поняв, что Света даже не расслышала слова матери, Рогнеда усмехнулась и вышла из кухни, чтобы не мешать дочери готовиться к приходу нового знакомого.

«Значит, древние чудовища решили тряхнуть стариной? Любопытно посмотреть, что они сотворят. М-да, любопытно и страшновато. Надеюсь, в этот раз они обойдутся без особых разрушений. Повторение „Уральского сдвига“, наш округ может не пережить». Несмотря на беспокойство в мыслях, глаза женщины горели предвкушением.

Отношения с классом у меня поначалу не сложились, от слова «совсем». И, как я с некоторым удивлением понял, причиной была не моя нелюдимость, а… Светлана. Одноклассницам явно не понравилось, что общению с ними, такими взрослыми и красивыми, новичок предпочитает компанию четырнадцатилетней «малявки» и тихони. Наверное, со стороны мы действительно казались окружающим парочкой, и некоторые одноклассницы Светы охотно распространяли такие слухи. Эх, Мира, Мира!

Нет, мы со Светланой, и в самом деле, очень много общались на переменах, да и мои ежедневные «провожания» девушки, тоже работали на эту версию. Ну, откуда было знать школьным злословам, что нас связывает нечто более серьёзное, чем детская влюблённость? По нашему договору я обязался отвечать на её вопросы, касающиеся обучения естествознанию, и кто виноват, что они, чаще всего, возникали у девочки именно во время школьных уроков? И да, действительно, каждый день по окончании занятий, я сажал Свету на пассажирское сиденье летяги и, под насмешливое фырканье гимназистов, отвозил девчонку к ней домой, где её ждал очередной урок из тех, что несколько месяцев назад я сам получал от Ружаны Немировны. Но люди видят лишь то, что им хочется, не так ли?

В общем, сложив два и два и получив в итоге восемнадцать с плюсом, мои одноклассницы сосредоточились на попытках показать «идиоту» всю глубину его морального падения и отомстить за отсутствие вкуса, как они его понимают. Хорошо ещё, что до нападок на Свету, они не опустились, вроде как «много чести для этой малявки». Полтора месяца я не обращал внимания на их шуточки-подколочки и довольно успешно противодействовал любым попыткам манипуляций, в том числе и ментальных, благо, чувство чужих потоков внимания, с моими ежедневными тренировками только возрастало. Но когда у учениц гимназии стали появляться в руках иллюзорные цветы нашего со Светланой «производства», барышни из моего класса закусили удила. Интересно, с чего они взяли, что я обязан был одарить их подобными украшениями. Бесплатно? Да чёрта с два! У нас со Светой имеется жёстко установленный прейскурант, и отступать от него мы не намерены. Тем более, что только за первые две недели торговли, эта игрушка принесла по пятнадцать рублей каждому. Тридцать человек — тридцать рублей!

Одноклассницы не поняли. Одноклассницы обиделись… и в ход пошла тяжёлая артиллерия. Вместо самостоятельных нападок, «оскорблённые» барышни обратились к мужской части класса и, как я подозреваю, к своим ухажёрам… у кого они есть, конечно. С этого момента, мои походы в гимназию стали значительно «веселее». Не скажу, что меня каждый день кто-то как-то пытался достать, но даже дед Богдан во время одного из наших занятий заметил и похвалил мой прогресс в чувствительности к чужому вниманию. Правда, похвалил в своей манере, пробурчав что-то вроде: «ещё немного, и глаза на затылке вырастут», но мне и этого хватило, чтобы задрать нос… секунд на пять, пока старик не ткнул открытой ладонью мне в лоб, отчего я тут же обмяк и осел наземь, не в силах пошевелить и пальцем.

Как бы то ни было, по гимназии я передвигался, словно по минному полю, и это, действительно, была замечательная тренировка… пока «наезжающие» не поняли, что достать меня с помощью их куцых умений в естествознании, не получится. И вот тогда в ход пошло классическое: «давай, выйдем». Ха, и полгода не прошло!

К чести однокашников должен признать, что толпой они не нападали. Нет, всё было честно и благородно, не в пример лучшим домам Лондона. Большая перемена, задний двор гимназии и… драка на кулачках, один на один.

Хотелось бы мне похвалиться, что из этих схваток я всегда выходил победителем, но увы. Моему телу всего шестнадцать лет, со всеми присущими возрасту плюсами и минусами, так что от ударов кое-кого из учеников старшего, шестого цикла, я летал, как тот ёжик, сильный, но лёгкий. Естественно, что при таком раскладе, на моём счету были не только победы, но и пара поражений… ну хорошо, пяток проигрышей, впрочем, ничуть не повлиявших на общее отношение ко мне, всё же, своим одногодкам я не продул ни одного боя, а среди них попадались весьма неплохо подготовленные ребята. Казачьи дети, что тут скажешь. И не тех ряженых, что в избытке встречались мне в прошлом мире, а настоящих, сохранивших традиции и воспитание своего сословия. Не выбитых революциями, не казнённых, не сосланных в период «расказачивания» и не растворившихся в девяностые в наплыве «актёров», путающих нагайку с плетью, а шашку с саблей.

Надо заметить, что Светлане в этом хороводе событий досталось куда меньше, чем мне. Старшеклассники считали ниже своего достоинства изводить «мелкую», а когда она начала работать с иллюзией цветка, и вовсе взяли девочку под негласную опеку. Ещё бы! Обращаться за покупкой ко мне они не могли, если не хотели навлечь на себя гнев подруг, устроивших мне «сладкую жизнь», а тут такой удобный выход из ситуации. И пассии довольны подарком, и я не при делах. В общем, всем хорошо. Ну а завидующие одноклассницы довольно быстро получили укорот от самой Светы. Правда, для этого пришлось обучить её телекинезу, но… оно того стоило, честное слово!