— В смысле? — Не понял я.

— Ну, для чего он предназначен? — Уточнила Рогнеда.

— Для развлечения. — Пожал я плечами и, заметив недоумение на лице собеседницы, вздохнул. — У меня есть одна идея, но, честно говоря, воплощать её на этом этапе, я не возьмусь. Рановато.

— Почему? — Спросила Рогнеда, а следом за ней и Света подняла на меня вопрошающий взгляд.

— Это опасно и, боюсь, пока у меня просто не хватит знаний для подобной доработки.

— Можешь рассказать подробнее? — Прищурилась женщина. Любопытство…

— Пожалуйста. — Кивнул я. — Света, извини…

Я замахнулся рукой и, мгновенно оставивший игру, котёнок взмыл в прыжке, целясь когтями в мою ладонь. Естественно, что никакого вреда, вцепившийся в руку, кот не причинил, подобная иллюзия, пусть и довольно плотная, просто не в состоянии нанести урон материальному объекту.

— И что это было? — Рогнеда перевела хмурый взгляд с кота на меня, а вот Света даже не дёрнулась. Настолько доверяет? Приятно.

— Прошу прощения за такую демонстрацию. — Повинился я перед обеими собеседницами. — Как видите, при угрозе носителю, «игрушка» бросается на его защиту. Когда я снимал поведенческую матрицу с настоящего животного и создавал эту иллюзию, то не предполагал ничего подобного, и был весьма удивлён такому поведению конструкта.

— Матрица, говоришь? — Женщина успокоилась и задумчиво уставилась куда-то в стену, но уже через минуту встрепенулась и, прищёлкнув тонкими пальцами, весело улыбнулась. — Ха, кажется, я поняла, в чём дело! Привязка к носителю накладывается на инстинкт реального животного и заставляет конструкт защищать источник энергии, так?

— Именно, Ружана Немировна сказала то же самое. — Кивнул я. — Тогда у меня появилась мысль, снабдить иллюзию дополнительным элементом, конструктом, созданным этим летом Марой и Олегом, внуками моих попечителей, что обеспечило бы безобидную иллюзию весьма внушительным оружием.

Над костяшками моей сжатой в кулак ладони, вспыхнули белым огнём когти, созданные по примеру деда Богдана.

— Телохранитель, значит. — Протянула Рогнеда. — Это небезопасно.

— И очень трудно. Совмещать классические конструкты со смысловыми воздействиями вообще непросто, а уж когда этих манипуляций несколько, задача усложняется в геометрической прогрессии. — Согласился я. — Именно поэтому, пока я даже не думаю браться за эту работу. Не хватит умений.

— Понятно. — Женщина взглянула на мурлычущего под рукой дочери иллюзорного кота и покачала головой. — Не хочу тебя разочаровывать, Ерофей, но даже если ты создашь подобного «телохранителя», без соответствующей регистрации продать его не удастся. Сам использовать сможешь, а вот передать третьим лицам, увы. Говорю тебе, как старший офицер юстиции.

— Почему? — Этот вопрос мы задали со Светой практически в унисон.

— Торговля оружием, будь то механические приспособления или ментальные воздействия, строго регламентирована государством. — Пояснила Рогнеда. — Можно продать патент или привилегию на созданное воздействие, но распространять конструкт самостоятельно, не имея оружейной лицензии, запрещено законом.

— А пользоваться самому, выходит, можно. — Пробормотал я.

— В пределах самообороны. — Кивнула женщина. — Любой человек вправе защищать свою жизнь, жизнь близких и собственное имущество всеми доступными способами. Хотя, конечно, если, отбиваясь от напавшего, ты нанесёшь ущерб непричастным к конфликту лицам или их собственности, отвечать будешь по всей строгости.

— А самого напавшего, значит… — Начал я… и немного опешил от хищной улыбки Рогнеды.

— Можешь хоть в пыль развеять. — Кивнула она. Свету передёрнуло. Мать коротко взглянула в её сторону и добавила со злым смешком. — Если сумеешь, конечно.

— Сурово. — Вздохнул я, невольно вспоминая свой прошлый мир, где самозащита, на законодательном уровне, давно возведена в ранг преступления, а по статье о превышении пределов самообороны сажают, чуть ли не чаще, чем за преднамеренное убийство. Честно говоря, этот мир нравится мне всё больше и больше.

— Так, ребятки, вы, кажется, собирались позаниматься? Вот и идите. А я, с вашего разрешения, посмотрю. Хорошо? — Хлопнув в ладоши, произнесла Рогнеда, заставив нас со Светланой отвлечься от размышлений.

— Да, конечно. — Кивнул я. — Спасибо за угощение.

— Свету благодари. Она всё утро на кухне крутилась, тебя дожидаясь. — Рассмеялась женщина, поглядывая в сторону покрасневшей дочери, теребящей рукав своего лёгкого сарафана. — Кстати, дочка!

— Да, мам? — Тихо спросила та, поднимаясь со стула.

— Список дел на сегодня… — Проговорила Рогнеда, и тут же я уловил сорвавшийся куда-то в сторону конструкт.

— На холодильнике. — Вздохнув, дочь закончила фразу матери.

Я взглянул в сторону большого холодильного шкафа, установленного в глубокой нише, и удивлённо вздёрнул бровь. На белоснежной дверце, мерцая синеватыми отблесками, аккуратным женским почерком был выведен перечень домашних дел.

— О, Рогнеда… — Я замялся, обратившись к женщине. — А можете научить меня этому конструкту?