Девушка обеспокоенно взглянула на меня, и резко кивнула. Хм, а с чутьём у барышни, оказывается, всё совсем неплохо! Я выудил из кармана кителя зерком и связался с тёткой Ружаной. Услышав суть дела, Бийская несколько секунд молчала, явно что-то обдумывая.

— Я рада, что ты так серьёзно относишься к своим обязательствам, Ерофей. — Наконец, проговорила она. — Но здесь нет никакой тайны. Ты вправе распоряжаться своими знаниями, как угодно, в том числе и передать их любому человеку на своё усмотрение.

Кажется, облегчённый вздох у нас со Светланой вырвался одновременно, и это не ускользнуло от внимания тётки Ружаны. Правда, показала она это лишь одной довольной усмешкой, скользнувшей по полным губам.

— Спасибо! Это просто замечательные новости! — Я от души поблагодарил Бийскую, на что та только отмахнулась.

— Пустое, Ерошка. Однажды, люди уже чуть было не потеряли старые знания, пытаясь ограничить к ним доступ тех, кого считали недостойными. Это была самая большая ошибка наших предков, и повторять её мы не намерены.

Разговор с Ружаной Немировной поднял настроение мне и заставил улыбаться Светлану, прекрасно слышавшую каждое слово нашей беседы. Что ж, имея карт-бланш на дальнейшую работу, нам осталось только определиться с деталями и нюансами дальнейшего сотрудничества и, судя по настрою оживившейся Светы, за этим дело не станет.

Полчаса и ещё две креманки мороженого спустя, мы вышли из кафе, имея на руках довольно детальный набросок дальнейших планов… к которым я не знал, как относиться. С одной стороны, если задумка удастся, я получу то, чего и хотел, то есть, постоянную подработку, к тому же, не занимающую особо много времени. Это, конечно, здорово, но с другой стороны, во-первых, нет никаких гарантий, что создание иллюзий на заказ, окажется хоть сколько-то прибыльным делом, а во-вторых, прежде чем эта схема заработает, мне придётся потратить довольно много времени, чтобы научить Светлану обещанным манипуляциям, и тут одними лекциями не обойдёшься, нужно будет заниматься с ней лично, иначе… дело затянется ещё о-очень надолго. Впрочем, торопиться-то мне сейчас некуда, и даже если так удачно подвернувшаяся идея заработка на иллюзиях не прокатит, можно будет придумать что-то другое, не так ли? И вообще, ошибается тот, кто ничего не делает. Прорвёмся!

Избавившись таким нехитрым самовнушением от сомнений, я тряхнул головой и, оглядевшись по сторонам, обратил внимание на стоящую рядом Свету, отчего-то не торопящуюся прощаться.

— Тебя подвезти? — Спросил я девушку. Она недоумённо взглянула на меня и, чуть покраснев, кивнула. — Только учти, я ещё плохо ориентируюсь в городе, так что будешь подсказывать дорогу.

— Договорились. — Отозвалась Света, и я потянул её к парковке.

Увидев летягу, она замерла на месте.

— Это твоя? — Удивлённо спросила Светлана.

— Нет. Сына моего попечителя. — Ответил я, заводя машину, и, поймав какой-то непонятный шквал эмоций, оглянулся на замершую в двух шагах от летяги гимназистку. — Ты чего на месте застыла? Садись.

— Я в юбке. — Проговорила она, медленно пунцовея, — она задерётся.

Окинув взглядом спутницу, я усмехнулся. Женский вариант гимназической формы был довольно консервативен.

— Не переживай. Подножки достаточно высокие, а юбка свободная. Прижмёшь ногами к корпусу машины, и всех дел.

— Ты уверен? — В интонациях девушки явно послышались нотки волнения. Скромница, однако.

— Абсолютно. — Кивнул я.

К счастью, колесить по городу нам почти не пришлось, так что и нарваться на дорожный патруль я не рисковал. А в том, что этот самый патруль будет иметь ко мне претензии, я не сомневался. Шлем-то у нас со Светланой один на двоих… Но повезло, небольшой, ухоженный кирпичный дом моей новой знакомой, располагался на самой окраине Ведерникова юрта, и добрались мы до него быстро и без приключений.

Я помог Свете снять шлем и слезть с летяги, за что получил тихое «спасибо» и… невесомый поцелуй в щёку, после чего, девушка со скоростью пули скрылась за калиткой, ведущей во двор её дома. Пф!

Естествознание… предмет, который, по идее, должен быть самым интересным из всего, что преподают в гимназии святого Ильи, оказался нудной тягомотиной, и вызывает соответствующее отношение у учеников. Не понимаю. От возможностей ментальных манипуляций дух захватывает, но даже с моей привычкой к учёбе и интересом к предмету, его подача в гимназии навевает лишь тоску и скуку. Жуть и ужас.

Учителя говорят о естествознании так, словно читают лекции по самой бесполезной дисциплине, а набор конструктов, предлагаемых в качестве примера, вызывает лишь недоумение своей бессмысленностью. Я думал, что на прикладных занятиях, что-то изменится. Вотще. Практика здесь полностью оторвана от теории. Если «на бумаге» мы изучаем простейшие, не несущие какого-то реального смысла воздействия, то на практике учеников заставляют творить совсем иное. В основном, тренируются бытовые ментальные манипуляции. Но с их ограничениями и уточнениями по объектам, месту и времени воздействия, это далеко не те простенькие фокусы, что даются в теории.