Сурана возвел очи горе и пошевелил губами. Судя по всему, он отпустил по адресу дворянина какое-то крепкое словцо, потому что Анора очень неодобрительно на него посмотрела.

– Вы смеете обвинять Командора Стражей в таком преступлении? – очень спокойно поинтересовалась она, переводя взгляд на возмутившегося дворянина. – По законам Ферелдена клевета карается очень серьезно. Благодаря Серым Стражам – и лично Командору – движение караванов по Тропе Пилигримов было восстановлено. А вот что лично вы сделали для Амарантайна? Вышли ли вы с мечом в руках на защиту города в страшные дни осады? Пожертвовали ли собственными средствами, чтобы облегчить нужды пострадавших?

Дворянин обиженно замолчал. Королева же продолжала, чуть возвысив голос:

– Я надеюсь, что вы будете относиться к вашему новому эрлу со всем почтением. Амарантайн – очень важный эрлинг, и потому мы со всем вниманием будем относиться к тому, что в нем происходит. Мы не можем допустить, чтобы во главе этого богатого эрлинга вновь встали ненадежные люди. Хотя в свое время многие из вас поддержали такого человека, как Рендон Хоу…

Многие в толпе заметно стушевались. Напоминание о Хоу было мощным рычагом давления даже спустя несколько лет. Да и угроза пристального наблюдения со стороны короны тоже возымела свое действие. Каков бы ни был Сурана, у него были очень могущественные союзники.

– Впрочем, - улыбнулась Анора, - не будем поминать старое. С окончанием Мора Ферелден вступил в новую эру. Помогая нам восстановить былое величие королевства, во главе тэйрниров и эрлингов встают достойные и преданные слуги короны – и это не только люди. Эльфы были нашими союзниками во время орлесианской оккупации и борьбы с порождениями тьмы. Настало время наконец почтить их права.

«Это звучит почти революционно», – подумал Кейр, однако позиция королевы его не возмутила. Он лично ничего против эльфов не имел – даже если бы кто-то из них возглавил боевой отряд или целую организацию. Но конкурировать с потомственными дворянами на их территории никакой эльф не смог бы. Тем более если за его спиной стоял сын врага всего Ферелдена.

Командор вышел вперед. Он сминал пальцы правой руки в ладони левой с таким напряжением, что, казалось, вот-вот сломал бы их.

– Я чрезвычайно признателен вам, ваше величество, - произнес он достаточно твердым голосом. – Я обещал Серым Стражам достойно служить ордену в качестве их Командора – и обещаю вам, лорды и леди Амарантайна, осмотрительно править вверенными мне землями и уважать ваши интересы. Я надеюсь, что наше… сотрудничество будет плодотворным.

– Лорд Эддлбрек, - обратился Вэрел к седовласому дворянину, поддержавшему Командора, - согласно обычаю, вам предоставляется право первым принести клятву в верности новому эрлу.

Тот, выйдя чуть вперед, вежливо поклонился и произнес:

– Я, лорд Эддлбрек, клянусь жизнью и честью хранить верность эрлу. Да не подниму я оружия против эрла и его наследников. Так говорю я пред лицом Создателя.

Отозвавшись благосклонным кивком, Сурана, похоже, немного успокоился. Остальные дворяне тоже принесли присягу – хотя немногие говорили так же уверенно, как лорд Эддлбрек. «Он, похоже, один из самых надежных союзников Командора – либо же самый большой подхалим».

– Скука смертная, - шепотом заметил стоявший рядом Деннен. Он не выглядел удивленным – очевидно, не раз уже присутствовал на подобных собраниях. Кейр неопределенно приподнял брови и продолжал следить за происходящим.

Когда церемония была окончена, кто-то подошел к Командору с вопросами – Эремон не мог со своего места расслышать, о чем шел разговор, но подошедшие, кажется, были настроены лояльно. Одним из них был лорд Эддлбрек, что-то говоривший о нападениях на деревни (его старческие причитания были слышны лучше остальных). Остальные лорды и леди разошлись по углам, что-то обсуждая. Одна небольшая группа дворян выглядела более агрессивно, чем прочие, и это бросилось Кейру в глаза. Впрочем, он никого из присутствующих не знал, а запоминать каждого в лицо было бы непосильно, поэтому он ограничился тем, что рассмотрел как следует одного из недовольных – рыжебородого коренастого мужчину – и лорда Эддлбрека. Вскоре разговоры завершились, и все дворяне покинули зал.

– Отлично, - заявил сенешаль. – Все прошло прекрасно, Командор.

– Ага, - пробормотал Сурана, покачнувшись. – Спасибо.

– Полагаю, меня здесь больше ничто не держит? – осведомилась Анора, поправив безукоризненную прическу. – Что ж. Помните, о чем мы с вами говорили, Адвен.

– Да-да, конечно… ваше величество, - прибавил Командор после паузы, будто собираясь сказать что-то другое. – Благодарю вас за визит.

Окинув быстрым и цепким взглядом дежуривших Стражей, королева заметила:

– Вижу, ваши ряды ширятся с каждым днем. Это хорошо. Ферелдену пригодятся умелые воины.

– Мы всегда сможем прийти на помощь.

– Очень на это надеюсь.

Кивнув Суране напоследок, Анора тоже покинула зал. Когда за ней закрылась дверь, Командор рухнул на трон и издал громкий вздох облегчения, очень напоминающий стон.

– Можете расслабиться, Командор, - сдержанно улыбнулся Вэрел.

– Было бы неплохо поверить в то, что это происходит на самом деле, - отозвался Сурана, задрав голову к потолку. – Это… ох. С ума сойти. Извините, сенешаль, мне нужно время на то, чтобы снова суметь связно выражаться.